Книга Отвергнутая на Земле избранная в космосе, страница 109 – Таруна Поддубная

Я даже вскрикнуть толком не успела, потому что по факту меня просто оторвали от пола. Урих чуть приподнял меня, как будто я весила не больше ребенка, сделал шаг вперед вместе со мной - один точный, уверенный шаг через тот самый зазор, который я уже успела превратить в своем воображении в бездонную пропасть, и вот мы уже стояли на платформе станции.

Наши ботинки почти одновременно издали тот самый звук фиксации. Щелчок.

Потом еще один. Потом металл под подошвами будто отозвался слабой вибрацией, подтверждая, что магнитное сцепление сработало.

Я уставилась вниз, все еще не вполне веря в то, что действительно уже стояла снаружи корабля, в открытом космосе, на поврежденной станции, среди спасательной группы, а не билась где-то в истерике в своей прежней земной жизни, где самым большим испытанием считался злой клиент в ресторане или ссора дома.

— Видишь? — тихо сказал Урих, все еще не отпуская меня до конца. — Ты уже здесь. И не разлетелась на атомы.

— Очень обнадеживающе, — пробормотала я, наконец находя в себе силы вдохнуть чуть глубже.

Он отпустил меня не сразу, а только убедившись, что я действительно стояла устойчиво, и от этого запоздалого, почти заботливого движения внутри меня снова что-то дрогнуло, только на этот раз я уже изо всех сил не позволила себе даже думать в ту сторону, где меня несколько секунд назад чуть не убило собственное тело.

Сделав первый шаг по платформе станции, я почувствовала, как ботинки с характерным, почти механическим усилием притягиваются к металлу. Второй шаг дался легче. Третий - уже увереннее. Я все еще боялась смотреть по сторонам слишком долго, потому что стоило мне поднять голову, как сразу открывался вид на разорванные конструкции, сорванные панели и ту черную бездну за ними, которая только и ждала, чтобы человек хоть на секунду забыл, где именно находится.

— Держимся цепью, — раздался по связи голос Раэля где-то впереди. — Никто не уходит дальше обозначенного маршрута. Проверяем покрытие перед каждым поворотом. И не геройствуем.

— Особенно некоторые, — тихо добавил Урих - уже только мне.

Я повернула к нему голову:

— Это ты сейчас про меня?

— А ты сейчас серьезно спрашиваешь? — так же тихо ответил он, и я, несмотря на весь ужас вокруг, чуть не улыбнулась.

Потому что это было странно. Но именно в эту минуту, делая свои первые шаги в открытом космосе, среди разрушенной станции, спасательной группы и ставших слишком близкими мужчин, я вдруг поняла, что страшно мне было по-прежнему до дрожи, а вот назад почему-то уже не хотелось.

Как только мы сделали еще несколько шагов по поврежденной платформе станции, где каждый шаг отзывался в подошвах сухим щелчком магнитной фиксации и напоминал, что под нами не надежная земля, а металл, под которым сразу начинался космос, браслет Уриха вдруг издал такой громкий и тревожный сигнал, что звук прошел даже сквозь шлем и у меня по коже мгновенно побежали мурашки.

Я повернула голову почти сразу, и над его запястьем уже вспыхнула голограмма. В следующую секунду перед нами возник лорд Валериан, и от одного взгляда на него у меня внутри все сжалось так резко, будто сердце на миг решило просто остановиться, потому что никогда прежде я не видела его настолько страшным. Он был бледнее обычного, резче, злее, и в его лице не осталось ни следа той холодной вежливости, к которой я уже успела привыкнуть. Казалось, еще секунда, и от такого взгляда у меня душа действительно отделится от тела, потому что он смотрел так, словно мог воздействовать даже через эту маленькую голографическую связь.