Книга Проклятье жрецов Египта, страница 74 – Таруна Поддубная

— А затем, когда вы окажетесь на пороге гробницы, проклятие проверит эту любовь. Оно разделит вас. Физически, духовно, во времени. И предложит каждому из вас выбор: пройти дальше к сокровищу, к славе, к знанию — в одиночку, с ценой — навсегда потерять другого. Или… отказаться от всего. Ради надежды вновь найти друг друга в этом лабиринте, который создан, чтобы разлучать навеки, — закончил Анубис.

В тишине, последовавшей за его словами, я поняла все. Это было не просто убийственное проклятие. Это была изощренная, садистская насмешка. Охранять гробницу влюбленных должны были… другие влюбленные. И их любовь должна была либо сломаться, превратившись в жадность и предательство, либо стать их вечной тюрьмой и пыткой.

— Их так и не нашли, — прошептала я, и мой голос сорвался. — Потому что… потому что те, кто мог бы найти, либо погибали, либо… А может кто-то все-таки смог пройти эту проверку. Ведь настоящая любовь существует.

— Тогда они выбирали друг друга, а не гробницу, — голос Гора прозвучал неожиданно мягко. — И навсегда терялись в песках, что для некоторых, возможно, было не худшей участью.

Я смотрела на золотую книгу Анубиса, и мне вдруг показалось, что я почувствовала исходящий от нее холод. Холод не смерти, а чего-то более страшного: вечной, неприкасаемой тайны, защищенной самым жестоким оружием из всех — изломанной чистой душой. И вопрос, зачем мне это знание, повис в воздухе, тяжелый и неотвратимый, как одно из только что названных проклятий.

— Это, конечно, все интересно и очень загадочно, но не сильно приблизило нас к перевёрнутой гробнице, — недовольно проговорил Ингвар.

— Совсем недавно у нас и этого не было, — возразил ему Анубис, и тут я была с ним согласна.

— Я не привык радоваться малому. Так себе идея. А никто не заметил странность? — неожиданно задал вопрос Ингвар.

— Какую? — почти синхронно спросили мы с Анубисом, от чего Ингвар усмехнулся.

— Два брата полюбили одну женщину. Так и у нас — есть два брата, которые любят одну женщину, — ответил Ингвар и таким взглядом посмотрел на меня, что мне захотелось провалиться под землю.

— А полюбила ли эта женщина двух братьев? Или у братьев самоуверенность выше звезд? — не смог смолчать Дикаст, на что Ингвар даже недовольно втянул воздух, а в его глазах на секунду вспыхнул красный огонёк.

— А есть ли смысл сотрясать воздух? — прозвенел неожиданно голос Сергея, и все повернулись к нему.

— Ты про что? — поинтересовался Дик.

— Какая разница: кто в кого влюблён, если никто не знает, где находится эта перевернутая пирамида, затерянная в зыбучих песках, которых тут множество, — ответил Ингвар.

— Песков конечно множество. Вот только не в каждые пески потащат тех, кого захотят хорошо спрятать, при этом еще наделив проклятьем, — протянул Анубис задумчиво.

— Может тогда, для начала, стоит задуматься именно над этим. Составить список и начать проверять, вдруг мы что-то там обнаружим? — предложил Сергей, судя по тому что он сразу вклинился в разговор, то все это время он просто стоял где то рядом и все слышал. Пока мы думали что он ушел.

Вскоре комната гудела от напряжения, словно раздраженный перед грозой улей. Воздух был тяжелым от запаха старой бумаги, горячего кофе и пыли, поднятой с карт, которые мы раскидали по полу и всем поверхностям, на которые можно было их положить. Я сидела, поджав ноги, в глубоком кресле, чувствуя, как на висках пульсировала усталость. Мы кружили на одном месте уже третий час, и я уже ощущала: вот-вот еще немного — и я просто усну.