Книга Бедовая помощница в академии драконов, страница 99 – Анастасия Милованова

— Без леденцов оставлю, — шутливо угрожаю я.

Наконец-то нахожу старый, как моя предшественница, артефакт. Выглядит измельчитель как побитая ногами и временем коробка. Частично в ржавчине, частично помятая, но судя по ярко вспыхивающему кристаллу на боку измельчителя, вполне рабочая коробка.

— Но я же правду говорю, — возмущается ворон. Обиженно задирает клюв и отходит к клетке. — Вот уйду я от тебя, будешь знать, как использовать пищевой терроризм!

— Какие мы слова знаем, — хихикаю я, одной рукой подтягивая к себе стопку писем, а второй доставая из стола припрятанные леденцы. — И куда ж ты от меня уйдёшь? А?

— К Лямур моей, — важно сообщает ворон. Заметив угощение, он степенно возвращается ко мне, но на последних шагах срывается и с жадностью выхватывает сладкие кругляши. — Лямур, в отличие от тебя, ко мне во всём прислушивается.

— А тебе не кажется, что она просто ко всему прислушивается, а? — хмыкаю я. — Хитра твоя возлюбленная, ой хитра.

— Как и положено хорошей жене, — с треском раскусив леденец, философски замечает Чик. — Там, где муж не прорубается силой или умом, жена пробьётся хитростью.

Я только глаза на эти мудрости закатываю. Пока ворон ненадолго отвлекается на уничтожение леденцов, я осторожно запускаю первое письмо в приёмное отделение измельчителя. Громко треснув и издав какой-то нечеловеческий рёв, артефакт вмиг превращает кусок бумаги в мелкие клочки бумаги.

— Глянь-ка, работает, — бормочу я, хотя до последнего не верила, что этот раритет заработает.

— Так что ты думаешь делать, Алиса? — перекрикивая рёв измельчителя, спрашивает Чик. — Расскажешь Райгарду?

Закусив нижнюю губу, я сосредоточенно думаю над ответом. И с каждой исчезающей в лотке измельчителя бумагой картина моего будущего становится всё более чёткой.

— Расскажу, — киваю я. — Но потом. Когда поступлю и получу академическую защиту.

— Ты думаешь, в твоём случае этого будет достаточно — чтобы твоя жизнь принадлежала только тебе? — явно переживая, уточняет Чик.

— Не знаю, но хочу в это верить.

Мы действительно ничего не знаем об инари, кроме слухов, крох информации, оброненных Райгардом и слепарём. Мысль о том, что на инари академический иммунитет не распространяется, ошпаривает меня ледяным ужасом. Сердце сжимается от паники, и в тот же миг просыпается магический резерв. Искры проскакивают по рукам и впитываются в измельчитель, который окутывается мягким сиянием.

На какое-то время в приёмной повисает тишина. Я настороженно переглядываюсь с Чиком, который настороженно пялится на замерший артефакт.

— Может, пронесло? — только и успевает спросить ворон.

А в следующее мгновение раздаётся громкий хлопок, меня обдаёт волной воздуха, отбрасывающей от стола. И тут же, будто мне мало, из измельчителя фонтаном вырываются мелкие кусочки уничтоженных бумаг. Они бесконечным потоком разлетаются по приёмной.

— Алиса! — громогласный возглас заставляет меня сжаться в клубок.

На пороге кабинета стоит Райгард. За его спиной маячит Вайресс, но мой взгляд прикован к её брату. Декан не выглядит злым, скорее встревоженным. Но в то же время в его глазах я читаю принятие. Будто он смирился с тем, что я каждые несколько часов подкидываю ему сюрприз.

— Упс, — виновато выдаю я, вжав голову в плечи.