Книга Последний танец Снежинки, страница 82 – Тина Солнечная

Я ловлю себя на мысли, что не хочу двигаться. Не хочу нарушать этот странный баланс, не хочу вставать, говорить, думать. Здесь, в их руках, я не должна делать выбор. Я могу просто быть.

— Тяжело дышишь, малышка, — шепчет Айзек, прижимаясь губами к моему виску.

Калеб ничего не говорит, но его ладонь сжимает моё бедро чуть сильнее. Я знаю, что он тоже не спит. Он слишком напряжён, его мысли наверняка роятся в голове, пытаясь осознать, что только что произошло.

— Над чем задумалась? — Айзек мягко прикусывает мочку моего уха, и я непроизвольно вздрагиваю.

— О том, что я сделала, — отвечаю честно.

— О том, что это было потрясающе, ты имеешь в виду? — Он смеётся, низко, хрипло, проводя ладонью по моему животу.

— О том, что теперь всё станет только сложнее, — поправляю его.

Калеб молчит, но я чувствую, как напрягаются мышцы его груди под моей ладонью. Он думает о том же. Мы втроём думаем об одном и том же.

— Не бери в голову, малышка. У нас ещё есть один день, чтобы просто наслаждаться. А вот что будет после… — Айзек пожимает плечами и касается моих губ в ленивом, долгом поцелуе.

Калеб смотрит на нас, и мне вдруг становится страшно. Я чувствую этот взгляд на своей коже, чувствую глухую, сдерживаемую ревность, бурлящую в нём.

— Спи, — тихо говорит он, наконец. — Завтра разберёмся.

Я закрываю глаза, но сон не приходит. Потому что завтра и правда изменит всё.

Я лежу между ними, чувствуя их тепло, ощущая, как каждый из них прикасается ко мне по-своему. Айзек ленивыми движениями проводит пальцами по моей коже, словно изучает её заново, словно не может насытиться. Калеб же держит меня крепче, почти собственнически, его ладонь тяжело покоится на моём бедре, и в этом прикосновении больше, чем просто желание.

Я закрываю глаза, но мысли роятся в голове, не давая мне заснуть. Всё это… оно должно было помочь мне определиться, верно? Должно было дать понять, кто важнее, кто ближе. Но вместо ясности я чувствую только путаницу.

Почему для этого мне нужно было оказаться в их общей постели?

Я сжимаю пальцы, чувствуя, как Айзек тяжело выдыхает сквозь сон. Он всегда был таким — расслабленным, довольным, когда получал желаемое. Он уверен в себе, в том, что однажды я снова буду принадлежать только ему. И его уверенность всегда была пугающей.

Но Калеб…

Я поворачиваю голову, чтобы взглянуть на него, но в темноте лишь угадываю очертания его лица. Он не спит. Он просто молча держит меня, а его пальцы едва заметно двигаются, поглаживая мою кожу. Как будто запоминает каждую деталь, каждую секунду этого момента.

И в этот миг я понимаю.

Я не могу потерять его.

Именно Калеба. Именно его взгляд, его прикосновения, его молчаливая сила держат меня на месте, не дают окончательно утонуть в этом хаосе. Его спокойствие, его уверенность, его тепло. Я могу лгать себе сколько угодно, но с ним мне хочется остаться.

Айзек был моей страстью. Моей болью, моей безрассудной любовью, от которой обжигалась снова и снова. Но Калеб… он стал для меня чем-то большим. Тем, с кем можно было бы остановиться. Тем, с кем было бы страшно, но в то же время спокойно.

Может, мне потребовалось слишком многое, чтобы осознать это. Может, мне стоило понять раньше. Но сейчас, лёжа в этой постели между двумя мужчинами, я впервые знаю точно, кого боюсь потерять по-настоящему.