Книга Корона теней. Пляски со смертной. Часть I, страница 101 – Катерина Алессандра

Воспоминания о прошлом, заблокированные в сознании, а сейчас высвободившиеся и лившиеся мощным потоком. Или моя пробудившаяся магия показывала мне их?

Я снова превратилась в боль. То приходила в себя, то снова теряла сознание. Просыпалась мокрой насквозь, с сильнейшей ломотой в теле, с пересохшим и горящим горлом. Меня накрыла жесточайшая лихорадка, забравшая последние силы, обострившая и без того невыносимые мучения.

Я звала то маму, но почему-то слышала голос Синдара и Борха.

— Может, к лекарю её?

— Таиргат добьётся её казни. Смысла в лекаре нет.

— Зачем ему казнить её? — снова невыносимый голос блондина. — Наличие магии доказано. Эту магию можно проверить, девчонку отправить в талмаарский лагерь ведьм и заставить служить королеве. Ещё одна ведьма, ещё один шанс победить Дагана.

— Осторожно, Синдар, — усмехнулся Борх. — Слишком рьяно её не защищай, иначе Сарвинус подумает, что она всё ещё дорога тебе.

— Мне она безразлична. После того, как я узнал, что она работала с генералом. Просто я не так жесток, как он и вы. Вы от неё живого места не оставили.

— Только на допрос она приехала уже с расквашенными губами. Отрабатывал на ней удар?

Синдар не стал отвечать на этот выпад. Немного помолчал, а потом добавил:

— Теперь неизвестно, выживет или нет. Не хочешь возиться, отдай её мне.

Только не это! Хватит с меня Синдара! Ненавижу его всей душой!

И я решила подать голос. Собрала последние силы и прошипела:

— Да пошёл ты…

— Она очнулась!

— Что ты сказала? — выдохнул Синдар, прижавшись к вонючей решётке, чтобы лучше слышать.

— Я лучше сдохну, чем снова вернусь в твой дом! — прорычала и снова обессилела, трясясь от промозглого холода.

— Увы, дорогая, но ты будешь жить так, как тебе скажут такие, как мы, — картинно вздохнул Синдар. —Таиргат добьётся согласия королевы на твою казнь, но если шепнуть Майтейре, что ты гораздо сильнее любых других ведьм, то станешь её рабыней. И договор будет подписан магией. Такую сделку разорвать будет гораздо сложнее.

— Я выбираю казнь. Не собираюсь служить ни вашей королеве, ни Таиргату, ни тебе.

— Успокойся, Синдар, — мрачно заявил Борх. —Ты не настолько туп, чтобы вступиться за девчонку, за которую взялся Таиргат. Если бы она смогла вовремя закрыть рот на суде, он бы не обратил на неё внимания.

Я снова разлепила глаза и пристально посмотрела на Синдара. Тот выпрямился, встретив мой взгляд и тираду дознавателя. Красивый, с иголочки одетый в синий камзол, очень ему шедший. В таком состоянии я не могла разобрать, что там плескалось в его взгляде: презрение, жалость, волнение, горечь?

— Это же ты сдал её нам. А теперь жалеешь?

— Я лишь сказал, что Даган увидел в ней ведьму, — огрызнулся Синдар, и его глаза остекленели от ненависти.

— Тебя вызвал Таиргат и поставил условие — избавиться от девки. Ты сделал свой выбор. Если ей повезёт, она сдохнетот лихорадки. Похоже, её магия сильнее, чем тело. Девка не выдержала последствий инициации. Если не сдохнет сама, её обезглавят. Радуйся, что не сожгут на костре, как раньше это делали с ведьмами.

Тело скручивало отчаянной болью. Я лишь хотела, чтобы всё поскорее закончилось. Погрузиться в спасительное забытье, посмотреть на видения или воспоминания о своём детстве, больше не просыпаться. До самого обезглавливания. Мой организм отторгал подобие еды и воду, которую оставил мне орк, расплескавший стакан наполовину.