Книга Сложности любви чешуйчатых гадов-2. Любовь для Палача, страница 116 – Мария Вельская

Но сейчас здесь тяжело было думать о плохом.

— Ты уже знаешь, кого будешь пытаться... приручить? — Мы тихонечко скользнули в ближайшие заросли, удаляясь от других адептов.

Какое-то смутное предчувствие гнало меня дальше, туда, где не было лишних ушей.

— Точно не знаю, — рассеянно улыбнулся рыжик. Веснушки на скуластом лице полыхнули особенно ярко, — но я тебе советую не уходить далеко от границы круга. Ты же помнишь, что заповедник Владыки Сейлира делится на несколько кругов опасности?

— Помню, — отозвалась, легко перепрыгивая через маленький ручеек.

Вода ласково обрызгала ступни.

Неподалеку хлопнули крылья раздалось знакомое ворчание — и вот уже из-за стволов вынырнула хитрая драконья морда.

Лустайя за те пару дней, что мы не виделись, как будто посвежел и в то же время отбросил в сторону ненужную серьезность. Теперь он был самим собой, а не памятью предков, хранилищем на лапках и просто слишком взрослым драконом.

— Солнечного неба, Льяна-а, — потешно фыркнул дракон, выдыхая пар из ноздрей.

Лу просеменил смешно по зелёному ковру трав, лавируя между деревьев, и уткнулся носом мне в живот, фыркая и норовя почесаться. Сейчас он был как раз размером с небольшого телёнка — мне по пояс. И требовал усиленно ласки, любви и внимания.

Каждому славному дракону требуется именно это, а вы как думали?

— Приготовлю тебе тревожных сырников, — пообещала, почесывая когтями плотные темные пластины за круглыми ушными раковинами.

Дракон шипел. Дракон тарахтел. Дракон готов был опрокинуться на спинку и подставить пузо, как самый настоящий кот.

— Ой, кошачье место уже занято, чешуйчатый. Госпожа о тебя все лапки скоро сотрёт, обойдешься! — Раздалось вдруг громкое ревнивое мяуканье.

В тени куста мелькнули два знакомых золотых глаза. Ширрас-шу! Шарркад, так его звали? Ах ты кошак пока недраный!

— Я тебя сейчас сделаю особо ценной породой, — рявкнул Лу, резко оборачиваясь.

Хвост метнулся в сторону. Корона мелких рожек на голове блеснула. Дракончик зашипел, выдыхая тусклые искорки из пасти. Рыкнул. Встряхнулся всем телом, показывая, как ходят под шкурой тугие мышцы и как роскошен этот отпрыск стихийных драконов.

— Это как же? — Фыркнул наивный представитель кошачьих.

И взвизгнул, отпрыгивая через секунду в сторону с тлеющим кончиком хвоста.

— Лысым! Совсем и навсегда! — Рявкнул Лустайя.

А вот это никуда не годится!

Тонкая нить тьмы только казалась таковой — а щёлкнула одно наглое чешуйчатое и фамильярское по попе с оттяжкой. Да так, что на эту самую попу и присели, возмущённо взвыв.

Таких несчастных обиженных глаз не было даже у котика, который сожрал всю сметану и закусил яичками из холодильника!

Это было преступление против тварей. Это было злостное и безжалостное нападение опасного преступника на тонкую душевную организацию и ещё более тонкую шкурку эльдлагского дракона!

Как вы могли, а? Хозяйка, я не верю!

— Не вздумай никогда нападать на живое существо из прихоти или мнимого оскорбления твоего самолюбия, Лу! По заслугам получил по попе, может, хоть так дойдет? Я тебя люблю и никогда не брошу, но не вздумай делить меня и мое внимание с другими волшебными существами! Ты бы на Мора так нашипел и наплевал! — Выговорила сердито.

Да, воспитатель из меня...

— Всё в порядке, только кончик хвоста немного пострадал, но и то скорее символически. Я тут сбоку шерсть удалил, зарастёт проплешина за день, — раздался голос Оллеара.