Книга След пророчества, страница 66 – Людмила Закалюжная

* * *

Только ближе к обеду мы раскачались. Я проснулась раньше Агнешки и смотрела в потолок, слушая, как шумит город за окном, и размышляя о предстоящем торжестве. Меньше всего меня волновал доктор Мартен; я представляла встречу с отцом, невольно касаясь кулона на груди. На портрете в доме Фрейдриха я видела гордого чтеца. Какой он на самом деле? Поймет ли он… кто я? А еще был Фрейдрих. Единокровный брат и опасный создатель. По возможности надо стараться вообще с ним не сталкиваться.

Тут яркой вспышкой вспыхнула мысль: «Эрих должен был еще вчера прислать инструкции...» Но никто не пришел. Мой взгляд скользнул по стенам с выцветшими обоями. Занавеска из мешковины висела криво, и я видела уголок раковины. На стол с кривыми ножками падала полоска света, а рядом с керосиновой лампой лежал белый конверт. Я быстро вскочила. Взяла в руки письмо… оно было открыто.

— Извини, — услышала я хриплый от сна голос напарницы. Она сонно смотрела на меня. — Я думала, вдруг там что-то важное.

Внутри оказалась короткая записка: «Поговорим по дороге». И все? Никаких инструкций? Я повертела листок на свету — вдруг там было тайное послание. Ничего.

— Мальчишка принес. Это же от барона? — Агнешка встала с кровати, придерживая перевязанную руку. Солнечный луч, пробившийся сквозь занавеску, золотил ее щеки — болезненная бледность сменилась румянцем.

— Да, — я разочарованно бросила письмо на стол. — Он обещал прислать инструкции. Как проходят праздники в домах чистокровных аристократов, знаешь?

— Очень скучно, поверь, — хмыкнула Агнешка. — Играет медленная музыка, все ведут заумные речи. Фрау хвастаются друг перед другом нарядами и драгоценностями, а герры обсуждают политику, машины и женщин.

— Думаю, Эрих представит меня доктору... меня беспокоит, что он зрячий. Души могут предупредить его об опасности, — высказала я свои опасения.

— Или не предупредят, — напарница приподняла брови и улыбнулась. — Они никогда не вмешиваются, когда все предопределено. Я общалась с польскими зрячими, просила их поговорить с душами и узнать, получится ли выкрасть артефакт, — ответа никто не давал. К тому же с тобой будет барон, не забывай.

— У меня такое ощущение, что я собираюсь спуститься в логово хищников, — усмехнулась я, собирая волосы в хвост и шлепая к умывальнику. Пора было привести себя в порядок, приготовить поздний завтрак и отправляться договариваться о встрече с братом Агнешки.

— Мы прогуляемся до одного места, оставим записку с просьбой о встрече, — говорила чтица, пока я помогала ей одеться. Мы перекусили, я сменила ей повязку. Удовлетворенно отметила, что рука хорошо заживает. — Завтра, до торжества, сходим за ответом.

— Давай сразу попросим встретиться после празднества, а то вдруг твой брат назначит вечером, а я не смогу, — попросила я.

Напарница согласилась, и мы отправились к бару «У слепого Отто». Заведение принадлежало зрячему, который симпатизировал сопротивлению. Немного странное название для бара, но как объяснила мне Агнешка, название отвлекало внимание. Никто не станет искать центр подполья в заведении с таким «невинным» именем. Для непосвященных, это просто бар с эксцентричным названием.

Улица Ведекиндштрассе дышала августовской жарой. Мы шли мимо лотков с газетами, где заголовки восхваляли Вольтбрандта, к трамвайной остановке. Ждать пришлось недолго. Вскоре мы уже тряслись в вагоне, который дребезжал, как консервная банка. Мы втиснулись между женщиной с корзиной тухлой рыбы и стариком. На стеклах кто-то углем нарисовал сердечки… Даже в такое опасное время любовь не переставала существовать. Я горько вздохнула. Моей паре плевать на серебряные души. Я должна попробовать хоть что-то изменить. Отступлю — потеряю Эриха навсегда.