Онлайн книга «"А в пятак?" Агентство услуг метаморфа»
|
— Я не выйду за него замуж, — капризничала девушка, мило хлопая глазками. — Не выйду! А если уж так надо за кого-то выходить, так выдайте меня замуж за Цесария! Он такой душка! Кажется, она начинала злиться. Сколько ж ей лет? Пятнадцать? Да нет, явно меньше. Совсем ребёнок. Я замерла за раскрытыми дверями, силясь понять, что вообще происходит и откуда здесь взялись все эти люди. — Лайси! — голос дамы в малиновом посуровел. Впрочем, малиновым у неё было только верхнее платье, под ним играло серебром расшитое нижнее. — Дочь моя, ты позоришь меня перед фон Быборгами. То есть, Боэсхий солгал, и его родственники всё же живут в замке? Я затаила дыхание. Юная невеста разалелась: — Но маменька! Зачем меня отдавать за того, кто не мил моему сердцу? Если… — Фунахрий, — маменька обернулась в сторону играющего в карты кавалера, — ваша дочь нас позорит! Тот с досадой глянул на даму в вишнёвом, перевёл тусклый взор на дочь: — Глупости, — сказал, как плюнул. — Тётушка! — взмолилась несчастная, обращаясь ко второй даме, с невозмутимым выражением обильно напудренного лица наблюдавшей всё это. — Я, я… я люблю Цесария! — Что ты можешь знать о любви, дитя моё? — отозвалась та печально. — Ты думаешь, любовь это вздохи под луной, жаркие комплименты и танец на балу? Нет, деточка, любовь это покорность. Она приходит в браке и… Лайси топнула ножкой и вспыхнула: — Да какая вам разница, за кого из ваших сыновей я выйду замуж⁈ — Лайси! — возмутилась маменька. — А ты уверена, что Цесарий тебя любит? — тихо уточнила «тётушка». Её платье напоминало бронзу, а вторая юбка радовала приятно-зелёным цветом. — Или Цесарий, или никто, — решительно заявила непокорная девица. — Мне надоело слушать вашу глупость, дочь моя, — прогундел кавалер с картами и зевнул. — Сыграйте нам лучше на клавесине что-нибудь из Бабаха. Оченно хорошо сочиняет музыку, шельмец. Лайси подобрала юбки, прошла, опустилась на стульчик перед музыкальным инструментом, ударила по клавишам и заорала: — Любо-о-овь! Зачем ты мучаешь меня как зве-е-ерь… Дамы зажали уши, но папенька бунтарки блаженно улыбнулся. Нет, всё же это не вампиры. И, может быть, они подскажут мне, где в этом доме есть нормальные спальни? — Простите, — начала было я, выходя, — вэрр Баэсхий фон Быборг, хозяин замка, пригласил меня, но… Все пятеро обернулись и… исчезли. Внезапно. Вот они были, вот их нет. А вместе с ними исчез свет, позолота, роскошь и уют. Остались старые, продавленные кресла, разбитый инструмент, местами разобранный паркет, облупившиеся стены, потрескавшийся потолок, пыль, мусор и… тишина. Только со двора доносился печальный звук флейты. И что это было? Мне стало как-то просто ужасно неуютно. Я подошла к клавесину, коснулась клавиши и услышала мерзкий разбитый звук. Вздрогнула. Отвернулась и поспешила вон. Но возвращаться с пустыми руками в холодную комнату тоже не хотелось, и я вышла к розам. Боэсхий всё ещё играл, и откуда-то со стороны кладбища ему вторил соловей. Я прошла и села рядом на скамейку. Вампир покосился на меня. — А веселее что-нибудь играть сможете? Ну там птичка польку танцевала, тра-та-та… Он отнял мундштук от губ, глянул на небо и поднялся. — Светает. И… преспокойно пошёл в замок. Ну уж нет! Вот так запросто игнорировать меня нельзя! Я догнала его: |