Онлайн книга «Стой, я не договорила!»
|
Юлиарн криво усмехнулся. Вынул амулет с изображением ванны в королевском дворце. — Чушь. Враньё. Я проверил: у неё нет магии, Сея. Она произнесла заклинание немоты и повторила жест, но — не сработало. Да и в библиотеке девочка бы попыталась защититься. Хотя бы когда крысы меня прижали. Инстинкт сработал бы. Но — нет. В Эуджении нет магии. Ни на талант. И шагнул прямо так, одетым, в тёплую вспененную воду. — Но она есть, — прошептала Церсея изумлённо. — Уж я-то это знаю. Иштефан задумчиво глянул на неё. — Вернись в постель, — посоветовал мягко. — Тебе ещё не стоит вставать. Глава 23 Маги развлекаются Днём меня разбудило прикосновение мёртвых пальцев ко лбу. Ну, по крайней мере, во сне это были именно мёртвые пальцы. Я закричала, увернулась от зубов громадной книги и проснулась. Надо мной мреяла Совия. — Адептам необходимо собраться в актовом зале на дневное занятие, — произнесла она загробным голосом. Я застонала и закрыла лицо подушкой. Дневное занятие! Как я могла о нём забыть! Снова адепты, снова дурацкие занятия, нападки, издёвки… Хотя… подождите, днём же преподаёт Юлиарн? А он мне ничего плохого не сделал, наоборот: утешал, защищал, в библиотеку сводил… И поцеловал. Гад! Нет, ну, смотрите-ка, каков подлец! Харрасмент я не одобряла решительно! Я вообще закрывала книгу, если в ней герой домогался героиню, применяя физическую силу. Ну там обнимал, например, насильно. А уж поцелуи! И тут же вспомнила Иштефана. Резко села и уставилась на мреяние воздуха. Он. Меня. Поцеловал! Кровь прилила к щекам, обжигая. Ох ты ж… Степан поцеловал меня! Нарушив все правила! Просто все! Педагогическую этику. Уважение к мнению женщины. Право на неприкосновенность и свободу от сексуального посягательства… Одним словом, ещё никогда он не падал так низко в моих глазах. Мы с ним были знакомы полгода! Целых шесть с половиной месяцев! И он ни разу не совершал чего-то непристойного или постыдного по отношению ко мне. А здесь… вчера… ну или не вчера. А утром… Я встала и решительно пошла в душевую умываться. Этого я тебе не прощу, Стёпа. Я человек добрый, понимающий, я бы могла понять даже бегство со свадьбы, не уважать нет, но понять. Говорят, многие мужчины ужасно, просто панически боятся брака. Трусость, но у каждого из нас свои фобии. Я, например, боюсь опаздывать и коз. В целом, рогатые животные приводят меня в трепет. Глубины боюсь — плаваю только рядом с берегом, так, чтобы можно было в любой момент встать на песочек. Ну и ни разу не соблазнялась отправиться на метеоре «по рекам и каналам». Так что у каждого из нас свои слабости, и, в целом, я могу допустить, что о бракофобии Иштефан не догадывался до дня Х. Я даже травлю на уроках могу… ну, с натяжкой, конечно, но как-то оправдать уродливыми педагогическими теориями мира, в котором Иштефан родился и вырос. В конце концов, мой неродной дедушка, бабушкин четвёртый муж, тоже был адептом религии: лучший способ научить плавать — бросить в воду. Когда я чуть не утонула, бабушка именно поэтому с ним и рассталась. И всё же, я человек широкого кругозора и могу допустить, что… Но не поцелуй же! Это просто возмутительно! Интересно, он вот так всех своих учениц целует или через одну? Вообще, учитель, использующий профессию в корыстных целях, пользующийся авторитетом педагога вот так… |