Книга Стой, я не договорила!, страница 28 – Анастасия Разумовская

Гон. Ночью на меня вели охоту.

Я вспомнила, как бежала, перепрыгивая через кусты черники и вереска, как кроссовки утопали в заснеженном мху. Я не оборачивалась, просто слышала, как они бегут за мной. Волки. Там были волки… А ещё кто-то над головой перепрыгивал с дерева на дерево…

Вспомнила тот безумный, животный ужас, который полностью заблокировал мой рассудок, и я действительно превратилась в дичь, ведомую лишь одним инстинктом: выжить.

Человек не может убежать от дикого животного, это факт. Поэтому, видимо, всерьёз они не пытались меня схватить, но разве страх смерти способен это понять? «Новичков не есть и не калечить», — вспомнилось мне. Но, увы, даже если бы ночью я вспомнила слова магистра, вряд ли бы разумные мысли могли побороть страх.

Так, а что было дальше?

Поднялась, прошла в душ. Холодная. Понятно, сутки ведь ещё не прошли… Надела на голову шапочку, быстро ополоснулась и крепко обтёрлась полотенцем, до ощущения пожара на коже.

Как долго я бежала? И чем всё закончилось?

И вообще, сейчас же утро… то есть, я опоздала на занятия?

И тут я вспомнила: я упала, и чьи-то зубы пронзили мне сердце. Или, наоборот, сначала боль, а потом падение… Этого я никак не могла вспомнить точно, но одно было несомненно: боль была безумная, до потери сознания, до криков…

А дальше мозг выдавал картины одна бредовей другой. Степан, бледный, напуганный, наклоняется ко мне, что-то кричит, но боль не даёт мне слышать его. Он стаскивает с меня свитер, футболку. Его ладонь ложится на мою левую грудь…

И ещё тоже из разряда бредовых видений: он несёт меня на руках куда-то, но всё плывёт перед моими глазами, и я ничего не вижу, кроме его лица, его губ, повторяющих какое-то слово. Княжна? Женя? Держись? Не знаю, но в любом случае это неважно, потому что этого не было. Это просто обезумивший разум нарисовал мне картинку спасения, запихнув на место главного героя парня, которого я любила.

Когда-то.

Потому что больше — не люблю. Невозможно любить человека, который натравил на тебя хищников, который гнал тебя, как перепуганного зайчика, по равнодушному лесу. Хочу домой. Даже мстить не хочу.

Что за дурацкая академия? Чему здесь вообще учат? Лунной магии? А в следующий раз они будут рвать меня на куски и учиться сервировать стол? Ну уж нет. Пожалуй, замуж за принца будет получше. А ещё лучше — признаться в том, что я — не Эуджения. Пусть возвращают меня обратно.

Я натянула спортивные штаны и майку, открыла ящик тумбочки, в поисках медальона принца Юлиарна.

Нет уж. Я так больше не играю. Я не сумасшедшая, чтобы играть в такие игры.

В ящике валились наушники, плеер, какой-то блокнот, ручки, резинки для волос, расчёска. Какие-то браслеты из бусинок, влажные салфетки, баночки с кремом, бумажные носовые платочки, и всё это — свалено без разбора. Я поморщилась и принялась было раскладывать, но тут же одёрнула себя: Женя, не дури. Я здесь не останусь. Какого мне дело до бардака в месте, где уже сегодня меня не будет?

Наконец, нашёлся и золотой медальон. Я раскрыла его и уставилась на красивое лицо златокудрого принца.

Почему настоящая Эуджения так его боялась? Не будет ли хуже обратиться к нему? А если он решит, что я ведьма, или как там назвала сестрёнка… Зачарованная? Вдруг ненужная откровенность приведёт меня на костёр?