Книга Скиталочка. Куда он, туда и я, страница 94 – Андрей Буторин

Да, у нас, разумеется, был еще один вариант – сказать заклинание Литца. Но это теперь лишь после того, как вернутся Анечка с Ваней, и скажут, что за облаком ничего хорошего нет. Странно даже, почему никто из нас не предложил это сделать сразу, рискнув вместо этого сунуться за пугающе нелепую облачную стену. Скорее всего, мы уже все подсознательно боялись «проваливаться», ведь ни к чему хорошему это еще не приводило. Не считая разве последнего раза, когда мы – бэм-с! – и улизнули из «застенков» графини Охозм. Угодив, правда, сюда вот, где хоть и просторней, чем в застенках, но ничуть не лучше в отношении свободы передвижений и точно хуже в отношении пищи.

Стоило вспомнить о еде, как желудок просительно заурчал. Ничего, потерпит. А еще мне очень захотелось спать, ведь в каменном «номере» мне даже подремать толком не удалось. И ведь надо же: казалось бы, любимый и подруга в неведомой опасности, а я хочу спать. Прям злость на себя разобрала! Но я подумала, что это психика так сработала, чтобы дать мне переждать тревогу за близких во сне.

Вот уж хренушки! Спасибо, конечно, психике за такую заботу, но лучше я как-нибудь сама справлюсь. Я поднялась на ноги и принялась взад-вперед расхаживать по цветочно-травяному пляжу. А чтобы отогнать начинающие созревать панические мысли, досочиняла куплет песенки, который себе под нос и пропела:

– Графиня Ахти – дура,

Вреднючая натура,

От стрел ее Амура

Страдает род мужской.

Хоть мы удрали с Ванею –

Впустую все старания…

Хочу я Охохонюшку

Огреть большой доской!

Мне и в самом деле стало казаться, что виновница всех наших бед – проклятая графиня. Наверное, это тоже было фокусом моего подсознания, ведь обвинять и ненавидеть кого-то конкретного заведомо проще, чем какие-то там бестелесные и абстрактные обстоятельства.

Давным-давно прошли все мыслимые сроки, когда должен быть вернуться хотя бы кто-то из ушедших в облако. «Ушедшие в облако»!.. Красиво. Хоть опять стихи пиши. Но мне уже не хотелось. Потому что тревога переросла все-таки в панику – хорошо, что пока не в истерику.

— Надо идти! – прекратив бесцельное мотание по берегу, сказала я. Сказала не кому-то конкретно, скорее, выплеснула вслух мысль, но у меня спросили и Пузик, и Бела:

— Куда?

— За пивом! – буркнула я.

— Лучше за орехами, – не согласилась со мной белочка.

Пузик же без сомнений понял мой сарказм, да и куда мне захотелось пойти, он тоже догадался, но развивать серьезную тему ему определенно не хотелось, поэтому он брякнул:

— Если пиво хорошее, правильно сварено, а к нему орешки посолить да прокалить, то будет, в дудку подуть, ох как знатно!

— Не надо солить! Не надо калить! Не надо варить! – завозмущалась белка. – Надо просто много орехов!

Мои нервы не выдержали.

— Хватит!!! – завопила я. – Сейчас я вам таких орехов задам, что вы от этого слова вздрагивать станете!

— Я пошутил, – стушевался мудрец.

— А что такое? – ничего не поняла Бела.

— А то, – жестко сказала я, – что шутки давно кончились. Вы же видите, что Ваня и Анна не возвращаются уже слишком долго. Значит, надо идти за ними.

— Ладно, – легко согласилась Бела и запрыгала к стене.

— Стой! – завопила я. – Без меня туда ни шагу! И со мной тоже…

— Это как? – выпучил глаза Пузик. – Мы ее здесь оставим?