Книга Скиталочка. Куда он, туда и я, страница 97 – Андрей Буторин

— Если отказываешься, – заморгал, отворачиваясь, Пузик, – то технически я выиграл.

— Я ведь тебя убью сейчас, – тихо, но отчетливо произнесла я.

— Не надо, – выпрыгнула передо мной Бела. – Он кинул дальше, чем ты!

— Вот от кого – от кого, а от тебя… – ошарашенно посмотрела я на пушистую предательницу. А потом махнула рукой: – Идемте, хрен с вами! Но если помрете – я ни при чем.

— Как в дудку подуть, – кивнул Пузик.

А рыжая засранка как ни в чем не бывало запрыгнула мне на плечо.

Иван

Зайдя в белую облачную стену, Иван ничего особенного не почувствовал. Не было даже повышенной влажности, чего он ожидал от облака. Но это было не обычное облако, вряд ли оно состояло из конденсата водяного пара. Иван вообще не понимал, из чего оно могло состоять; дышалось в нем легко, ничем не пахло, двигаться ничто не мешало. Если закрыть глаза, то создавалось полное ощущение, что никакого облака нет. А если не закрывать, то перед ними висела плотная белизна. Точнее, не только перед ними, а вообще везде. Белое ничто. Не очень яркое, просто белое. Абсолютно непрозрачное.

Ивану пришла в голову тревожная мысль, что если эта штуковина окажется глубокой, то он легко сможет заблудиться: стоит чуть сбиться с прямой – и поди пойми, откуда ты шел. К счастью, тревога оказалась напрасной – он вдруг вышел, будто вынырнул, на зеленую поляну посреди березовой рощи.

Иван удивленно хмыкнул и оглянулся. Но и там росли березы – светлые, стройные, в зеленых кудряшках листвы.

— Э! – вырвалось у Вани. – А где эта белая хрень?

Облачной стены не было и в помине. Лишь в голубом высоком небе плыли редкие пушистые облака. Наверняка самые что ни на есть настоящие.

— И как же мне вернуться? – снова вслух сказал Иван.

Он сделал несколько шагов строго в том направлении, как вышел из облака. Это ничего не дало. Иван снова почувствовал тревогу. Не за себя, ему-то здесь как раз ничего не угрожало, а за оставшихся по ту сторону… теперь уже непонятно чего. Особенно он волновался за Олу, ведь она же с ума сойдет, если он не вернется, как обещал, через две-три минуты. А он теперь понятия не имел, как и через двадцать три вернуться. Как вообще это сделать, не знал.

Почему-то ему пришла в голову мысль залезть на березу повыше и оглядеться. Он понимал, что это глупо, облачная стена не могла прятаться за деревьями, ведь спускалась она прямо с неба. Но и ничего не делать он тоже не мог. Поэтому, выбрав подходящее на его взгляд дерево, стал карабкаться ввысь.

Добравшись до сучьев, которые, прогибаясь, грозили под ним обломиться, Иван прекратил подъем и огляделся. Как и ожидалось, никакой белой стены нигде не было. С одной стороны до самой линии горизонта тянулся лес – не чащоба, а все такой же зеленый и светлый, как эта роща, – напротив же, примерно в километре, виднелись здания какого-то поселения, вряд ли города, домов было мало, да и то большей частью одноэтажных.

А потом он услышал женский испуганный крик:

— Иван! Ваня! Ты где?!

Иван так быстро спускался с березы, что едва не оступился и не рухнул с четырехметровой высоты. Вряд ли убился бы, но даже сломать сейчас ногу было чревато большими неприятностями. К счастью, обошлось, дальше он двигался пусть и помедленней, зато аккуратней.

Под березой уже стояла Анна – услышала, видимо, шум веток. На ее лице светилось неописуемое облегчение.