Книга Врач для слепого дракона, или Не смотри на меня так, страница 66 – Олеся Герус

И остановилась.

Потому что в саду, за невысокой кованой оградой, стоял Каэрн.

Она узнала его сразу — силуэт, выправка, тёмная одежда. Он стоял у скамьи, и рядом с ним стояла женщина.

Высокая. Светловолосая. Очень красивая — даже с расстояния, даже в холодном ноябрьском свете. Алина не знала её имени.

Она смотрела три секунды и уже собиралась идти дальше — это могло быть что угодно, придворная встреча, случайный разговор, — когда женщина сделала то, что изменило всё.

Она взяла его лицо в ладони.

Обеими руками — нежно, как берут что-то дорогое, — и что-то говорила ему, глядя в его ещё почти незрячие глаза. Говорила тихо, только для него. И выражение её лица было таким, что Алина не смогла бы перепутать его ни с чем другим в жизни — она видела такое выражение в зеркале. Давно, три года назад, когда думала, что любит Дениса.

Это было любовью.

Настоящей, давней, мучительной.

А он стоял и не убирал её рук.

Он стоял — прямой, неподвижный, — и она говорила ему что-то, и его руки медленно, очень медленно поднялись и легли ей на плечи. Не отталкивая. Держа. Или удерживая — Алина не могла понять разницы с расстояния, не могла понять вообще ничего, кроме одного: его руки держали её плечи, и её ладони держали его лицо, и они стояли так в ноябрьском саду, как стоят люди с общим прошлым, с общей болью, с чем-то, что между ними уже было и никуда не делось.

Алина отвернулась. Пошла. Не быстро — это было бы слишком честно. Просто пошла, ровным шагом, как идут по делу, без тысячелистника, просто — прочь от сада и от ограды, и от этой картины, которая уже встала за глазами и не уходила.

Она дошла до резиденции. Поднялась к себе. Закрыла дверь. Прислонилась к ней спиной. Простые действия, чтобы вернуть иллюзию контроля.

Простояла так несколько минут — просто дышала, просто смотрела в стену напротив, — и думала, что нужно взять себя в руки, потому что вечером встреча с Лейрой, и завтра заседание, и это важно, это намного важнее того, что она только что видела.

Но стена оставалась стеной. И та женщина с ладонями на его лице оставалась за глазами.

Алина медленно сползла по двери. Не упала — просто опустилась на пол, спиной к двери, обхватив колени руками, и сидела так, потому что стоять было слишком тяжело.

Она думала о том, что его лицо — его конкретное лицо — она чувствовала под своими руками только один раз, в тот вечер у камина, когда он читал её пальцами. И что это лицо сейчас держала в ладонях другая женщина, которая смотрела на него так, как смотрят на человека, которого любят годами.

Она думала о том, что два дня назад он сказал «я выбрал тебя».

И о том, что слова — это слова. А руки, лежащие на плечах той, которая держит твоё лицо, — это что-то другое. Это память тела. Это то, что не выбирают головой.

Она думала о Денисе — как не думала о нём уже несколько недель. О том, как три года она была рядом и не видела Катю. О том, как привыкла быть той, которую выбирают вторым номером. Не потому что плохая. Просто — не та.

Конечно, сказал старый голос — тот самый, с моста, который она думала, что оставила.Конечно. Ты была здесь три недели. Ты была нужна — его глаза, его врач, его голос в темноте. Но у него есть прошлое. Женщина, которая знает его лицо ладонями. Которая смотрит на него так. А ты — кто ты здесь? Никто. Случайная. Временная. Та, которая упала с моста не туда.