Книга Три зубастых герани для мадам Розмен, страница 65 – Кристина Миляева

Но это было не главное.

Комната была завалена вещами. Не хламом — вещами. На стеллажах, уходящих под самый потолок, стояли какие-то механизмы. Шестерёнки, провода, стеклянные колбы, медные трубки, странные приборы с циферблатами, которые тускло поблёскивали в полумраке. Посередине комнаты стоял огромный стол, заваленный чертежами. А в углу — сундук. Тяжёлый, окованный железом, с массивным замком, который, впрочем, был открыт.

Я подошла к столу. Чертежи были покрыты сложными схемами, цифрами, формулами. Я не была инженером, но даже мне было понятно, что это нечто невероятное. Летательные аппараты, сложные двигатели, какие-то устройства, назначение которых я не могла угадать. На одном из листов был нарисован огромный дирижабль, парящий над городом, с подписью: «Модель „Икар-7“. Испытания назначены на осень. Да поможет нам небо».

Кто это всё создал? Я перебирала чертежи, и с каждым новым листом удивление росло. Этот человек опережал своё время лет на сто, если не больше. Его идеи были смелыми, гениальными, безумными. Кто бы он ни был, он явно не вписывался в рамки своей эпохи.

Потом я нашла дневник.

Он лежал в самом низу стопки, потрёпанный, с выцветшей обложкой. Я открыла его на первой странице и… ничего не поняла. Буквы были странными, незнакомыми, похожими на вязь древних рукописей, но с какими-то дополнительными значками, которых я никогда не видела.

— Что за… — пробормотала я, перелистывая страницы.

Текст был везде одинаково непонятным. Но кое-где попадались рисунки — те же механизмы, схемы, какие-то формулы. А на последней странице — чей-то портрет. Женщина с длинными волосами и серьёзными глазами. Сзади была приписка, но я не могла её прочесть.

Я оставила дневник и двинулась к сундуку. Там было… всё. Золотые монеты, драгоценные камни, какие-то документы в кожаных папках, пара старинных пистолетов, инкрустированных серебром, и несколько медальонов с непонятными символами.

Я сидела на полу, окружённая сокровищами, и чувствовала, как кружится голова. Бриллианты императриц — это было что-то. Но это… это был целый клад. И тайная комната. И чертежи гения. И дневник на неизвестном языке. Что это за дом? Что за люди здесь жили до меня?

— Ну и что мне с этим делать? — спросила я вслух, но ответа, конечно, не получила.

Я попыталась встать, опираясь на сундук, и в этот момент что-то щёлкнуло. Буквально — раздался громкий металлический щелчок, и пол подо мной дрогнул.

— Что за…

Договорить я не успела. Пол под моими ногами провалился — не весь, а какая-то его часть, прямо подо мной. Я с криком рухнула вниз, больно ударившись спиной о что-то твёрдое, и обнаружила, что сижу в узком, тёмном колодце, из которого торчит только моя голова и руки. Остальное тело застряло.

— Очень смешно! — крикнула я в пустоту, но пустота, кажется, была не настроена на шутки.

Я попыталась выбраться. Бесполезно. Любое движение заставляло конструкцию подо мной шататься, а пол вокруг — угрожающе потрескивать. Я была в ловушке. В тайной комнате, которую никто не знает, в доме, полном призраков, которые, скорее всего, даже не подозревают, что я здесь.

— Эльза! — позвала я. — Графиня! Кто-нибудь!

Тишина. Стены были толстыми, а комната — далеко от основных помещений. Меня никто не слышал.