Книга Три зубастых герани для мадам Розмен, страница 48 – Кристина Миляева

— Что вы со мной делаете, — прошептала я герани. — Зачем вам этот цирк?

Растения дружно заворковали, и в этом ворковании мне послышалось: «Счастье не бывает тихим. Счастье — это бедлам. Терпи».

Дома меня ждал новый сюрприз. В гостиной, куда Эльза провела призрачных гостей, сидело не меньше двух десятков прозрачных фигур. Они пили чай (настоящий, для живых, но как они это делали — загадка), обсуждали последние новости загробного мира и, кажется, даже играли в карты.

— Алисия! — воскликнула Эльза, увидев меня. — Ты вернулась! А у нас тут вечеринка! Познакомься, это барон фон Штайн, он умер в прошлом веке, очень милый. А это фрау Ланге, она держала публичный дом, у неё масса интересных историй. А это…

— Эльза, — перебила я. — Я очень рада за вас. Правда. Но я хочу спать. Если вы не против, я пойду лягу, а вы тут развлекайтесь. Только, пожалуйста, не очень шумно.

Призраки понимающе закивали. Кто-то даже пожелал спокойной ночи.

Я поднялась в спальню, поставила сумку с геранью на подоконник, разделась и рухнула в кровать. Сознание уплывало в тёплый, спасительный сон.

— Алисия, — донеслось откуда-то издалека. — Алисия, ты спишь?

— Ммм?

— Графиня эта, кошатница, она с нами осталась. Говорит, хочет с тобой поговорить утром. О герань.

— Завтра, — простонала я. — Всё завтра.

— И ещё, — Эльза, кажется, не собиралась уходить. — Те коты, которых привезли эти трое… они остались у баронессы. Теперь у неё целый зверинец. Она в восторге. Говорит, это лучший подарок за последние сто лет.

— Замечательно.

— И принц обещал завтра заехать. С утра.

Я открыла один глаз.

— Что?

— Он сказал, что не успокоится, пока не добьётся твоего согласия на ужин. Граф тоже обещал быть. И барон. Все трое завтра будут у тебя.

Я села в кровати. Волосы торчали во все стороны, под глазами залегли тени, но спать расхотелось резко.

— Эльза, — сказала я мрачно. — Ты призрак. Ты можешь проходить сквозь стены. Ты можешь напустить тумана, сделать так, чтобы они заблудились по дороге?

— Могу, — усмехнулась она. — Но не буду. Интересно же посмотреть, что из этого выйдет.

Я зарылась лицом в подушку и застонала. Герани на подоконнике довольно ворковали.

— Я вас ненавижу, — прошептала я. — Вы меня в могилу сведёте.

Но в их ворковании слышалось только: «Не-а. Мы тебя к счастью приведём. Даже если ты этого не хочешь».

Я провалилась в сон, и мне снились коты. Много котов. Они мяукали, сверкали глазами и пытались запрыгнуть на горшок с геранью, а герани их кусали. И все были счастливы. Кроме меня.

Но, чёрт возьми, возможно, это и было то самое счастье, которое обещал старик на кладбище. Безумное, шумное, кошачье-призрачно-зубастое. Моё.

Утро после Ночи памяти выдалось тяжёлым. Я выползла из кровати только к полудню, чувствуя себя выжатой, как та самая тряпка, которой я вчера мыла полы после визита призраков. Голова гудела, во рту было сухо, а перед глазами всё ещё мелькали кошачьи морды и прозрачные физиономии.

Герани на подоконнике выглядели бодрячком. Медовый распустил ещё два цветка, и вся комната благоухала так, что хоть мёд собирай. Полынный деловито щёлкал, переваривая, видимо, остатки ночных впечатлений. А Просто Кусачий… Просто Кусачий жевал угол моей простыни, которую умудрился стащить с кровати.