Книга Жена из прошлого. Книга 3, страница 121 – Валерия Чернованова

— Эндер… – неразборчиво проблеял слизняк, и я, почувствовав, как в глазах темнеет от ярости, сильнее сжал пальцы.

— Ещё успеешь придушить. – На плечо легла рука Родингера, а спустя секунду послышался его пронизанный иронией голос: – Без обиды, Лейф, но вы с Шанетт и правда заигрались. Приносить в жертву ребёнка ради власти? Нет, я бы ещё понял, если бы были стопроцентные гарантии, что всё получится как надо. А так…

Теперь мне хотелось придушить Вольмара, но, как ни странно, его слова, а может, насмешливая интонация помогла пламени в душе погаснуть. Швырнув Флеминга в кресло, из которого тот при нашем появлении неуклюже поднялся, я навис над ним и нетерпеливо спросил:

— Где они? Советую отвечать правду и очень быстро. Пока я ещё в состоянии сдерживаться и не начал вырывать тебе рёбра.

Испуганно икнув (ну что за жалкое подобие дракона!), Лейф перевёл мутный взгляд с меня на Родингера:

— Я же… с тобой… как с другом… поде… лился! А ты…

— Решил поступить по совести и остановить эту маньячку, твою жену, – заявил у меня из-за спины Вольмар. – Говори, Лейф. Ты же понимаешь, что он убьёт тебя, если не скажешь. Я бы за них убил, – добавил тихо после недолгой паузы.

Флеминг попытался рыпнуться, привстать, но осознав, что никуда ему отсюда не деться, истерично завопил:

— Я ни при чём! Я… Эндер, пос-с-слушай! Ай-яй!!!

Я схватил его за руку. Не сдержавшись, надавил так, что под пальцами что-то захрустело. Возможно, кость, а скорее, грязь и мусор, которыми был набит этот трусливый пьянчуга.

— Где. Они?

— Х… храм… – скуля и постанывая от боли, промычало это отродье. – В… в горах… Какие-то древние руины. Я точно не зна…

И снова у меня под пальцами хрустнул «мусор». Лейф взвыл, дёрнулся, как недобитое насекомое, и, уже почти рыдая, вскрикнул:

— Я был там один раз! С Шанетт! Я покажу, только… Бо-о-ольно!

Отпустить его получилось не сразу и снова лишь благодаря Родингеру. Кто бы мог подумать, что я вообще когда-нибудь буду благодарить Родингера.

— Всё хорошо. Мы их найдём, – послышался его тихий, уже без иронии голос, заставивший меня опомниться.

Выпрямившись, я схватил Флеминга за узёл галстука, дёрнул вверх.

— Если это уловка, чтобы потянуть время, я тебе не только рёбра повынимаю. Я каждую кость в твоём теле сломаю. То, что ты чувствуешь сейчас, – ерунда по сравнению с тем, что я могу заставить тебя испытать.

Флеминг поверил сразу. Судорожно закивал, забормотал:

— Я всё покажу… Я помню… помню дорогу…

Пришлось тащить его чуть ли не волоком. Не потому что был пьян – от страха хмель быстро покинул его сознание, и он же, страх, превратил Лейфа в безвольное драконоподобное, с трудом переставляющее ноги. В фойе отеля наше появление было встречено сначала громовым молчанием, а следом – тревожными шепотками. Не знаю, что удивило публику больше: впавший в королевскую немилость Родингер, как ни в чём не бывало сопровождающий представителя закона, или же жалкий вид Флеминга.

— Мне нужно отправить телеграмму в столицу. Немедленно, – обратился я к метродотелю, и написал на бумажке её короткое содержимое.

К сожалению, Рейер с подкреплением быстро сюда не прибудет, но хотя бы будет в курсе. Связаться с королём? Нет времени! Да и не известно, как Вильхельм отреагирует и что успеет нашипеть ему на ухо змея Корделия.