Книга Александрин. Яд его сердца, страница 127 – Валерия Чернованова

Кажется, его светлости было сейчас так же тяжело, как и мне. Я видела, что в нём происходит внутренняя борьба. На какой-то миг Моран даже попытался меня удержать. Схватил неожиданно за запястье, сдавив крепко, почти до боли. Обжёг взглядом. А потом… отпустил, велев кучеру хриплым, дрожащим голосом не останавливаться, пока не покинем пределов Навенны. Двум всадникам, что должны были меня сопровождать, приказал не спускать с кареты глаз, дважды повторив, что отвечают за маркизу собственными головами.

Я продолжала смотреть на мужа, пока за экипажем не закрылись ворота. Растерянная, подавленная, опустошённая. Кусала до крови губы, чтобы не заплакать. Не поддаться слабости и не повернуть обратно.

Несмотря на приказ маркиза как можно скорее покинуть Навенну, одну остановку, возле коллежа стихий, мы всё же сделали. Дубоголовые охранники поначалу ни в какую не хотели внимать моим просьбам. Даже угрозы пожаловаться на них Стражу не действовали.

К счастью, Кантен, испытывавший вину за то, что некоторое время назад наябедничал на меня Морану, убедил этих бессердечных, что несколько минут промедления погоды не сделают и что ничего плохого с её светлостью в напичканном магами заведении уж точно не случится. К тому же — как бы невзначай добавил конюх — госпожа весьма злопамятна (убедился на собственном опыте) и не успокоится до самого Луази, будет гневаться и попрекать своих попутчиков на протяжении всего путешествия.

Столь «заманчивая» перспектива молчаливых конвоиров не воодушевила, и мы свернули с широкой улицы, что вела к окраинам Навенны, чтобы вскоре оказаться у стен коллежа.

Где меня ждало разочарование. Как выяснилось, мэтр Легран находится в отъезде, а когда вернётся — неизвестно. Покидала обитель знаний я расстроенной, с тяжёлым сердцем и сумбурными мыслями.

Один выгнал, другой исчез. А где ещё искать ответы — я не представляла.

Единственное, что придавало сил, — это грядущая встреча с отцом. В постоялых дворах мы почти не задерживались. Останавливались в трактирах глубокой ночью, а с первыми лучами снова отправлялись в путь, что позволило мне добраться до дома всего за три дня.

Домочадцы искренне обрадовались моему приезду. Сёстры, мама, немногочисленная прислуга: пожилая кухарка Наннон и её сын Сильвен — мастер на все руки, без которого фамильный особняк ле Фиенн уже давно бы превратился в груду обломков.

— Ксандра, а почему ты одна? — когда с объятиями и поцелуями было покончено, поинтересовалась родительница.

— И без подарков, — не преминула попенять мне Лоиз, заглянув в сундук, что втащили Кантен с Сильвеном в прихожую. К разочарованию девушки, там не обнаружилось ничего, кроме нескольких платьев да смен белья.

— Со Стражем что ли поссорилась? — флегматично осведомилась Соланж, присоединившись к сестре, которая проводила тщательную ревизию дорожного кофра и при этом недовольно морщилась.

— Нет, просто по вам соскучилась. А так всё в порядке.

Может, в качестве откупных отдать им серёжки да бусы, что нацепил на меня маркиз, перед тем как отправить в ссылку? Надеюсь, что не пожизненную. Ни одно украшение не могло сравниться с кулоном, к которому я прикипела всей душой и о котором не переставала думать.

Так же, как и о своём непонятном муже.

— А мы как раз собирались обедать, — удовлетворившись скупым ответом, сказала её милость.