Книга Александрин. Яд его сердца, страница 123 – Валерия Чернованова

Его жены. Его избранницы.

Которую не было сил отпустить и которую отпустить он был обязан.

Пока ещё не стало слишком поздно.

Поймав взгляд небесных, отравленных зеленью глаз, увидев то, как они лихорадочно блестят, а сама Ксандра в исступлении кусает губы, Страж не выдержал. Вонзился в неё до предела, содрогаясь в приступе наслаждения, лавой выжегшее всё внутри. Стёршее все мысли, и даже голос, непрестанно звучавший где-то глубоко в сознании, теперь казался почти неразличимым.

Едва слышимым…

…В ту ночь маркиза впервые за долгое время не мучила бессонница, не тянуло остаться в одиночестве. И девушка, уснувшая у него на груди, впервые проснулась, разбуженная не служанкой, а лаской и поцелуями мужа.

Сидя в кресле возле очага, в котором только начало разгораться пламя, робко подбиравшееся к днищу закопченного котелка, Опаль с интересом рассматривала жильё человека, прозванного Чернокнижником. Отправляясь на встречу с загадочным колдуном, девушка ожидала увидеть убогую лачугу посреди дремучего леса, вроде той, в которой прозябала старуха Берзэ. Полную засушенных лягушачьих лапок, крысиных хвостиков и прочей мерзости.

Каково же было удивление герцогини, когда поиски привели её в небольшой городок на западе Вальхейма, радовавший взор опрятными улочками и добротными домами с тенистыми двориками. Жилище мага, увитое плющом, с ухоженным палисадником, в котором росли яблоневые деревья, заставило девушку задуматься, увенчалось ли успехом её расследование, или она ошиблась.

Внутри жильё колдуна, к которому горожане почтительно обращались не иначе, как лекарь Дюбуа, тоже было чистым, с мебелью, может, и грубоватой, лишённой изящества, к которому так привыкла молодая герцогиня, зато сделанной на совесть. И в воздухе витал аромат готовящейся с пряностями дичи.

Каменный пол устилали шкуры животных. Два стеллажа, темневшие по углам гостиной, ломились от книг. И пока месье Дюбуа ходил за сидром, дабы гостья могла утолить жажду (почему-то этот высокий, худой, как щепка, мужчина, одетый в тёмный костюм из грубого сукна и до блеска начищенные туфли с пряжками, не жаловал вина), Опаль из любопытства заглянула в несколько талмудов.

Что только укрепило её сомнения. Едва ли можно было найти какое-нибудь хитрое заклинание в исторических трактатах и преданиях Единой. К разочарованию девушки, она не обнаружила ни одного тома, хранящего в себе древние, скрытые от большинства знания.

— Наверное, книги по магии он где-то прячет, — приободрила себя гостья и вернулась в удобное кресло.

Больше всего Опаль опасалась повстречать шарлатана, который только голову ей заморочит. Нет, денег герцогине было не жалко — жалко времени. Каждый час, что проживал Моран, упиваясь любовью своей треклятой жёнушки, а она, Опаль, страдала, мыслями снова и снова возвращаясь к тем светлым дням, когда была счастлива со своим кумиром и чувствовала себя пусть не любимой, но хотя бы желанной, был подобен пытке.

Герцогиня д'Альбре устала жить прошлым, устала теряться в своих мечтах, так и не осуществившихся. Следовало как можно скорее разорвать этот порочный круг. Развеять чары Стража, которого одновременно и любила, и ненавидела.

Только смерть маркиза могла принести ей избавление от этого затянувшегося кошмара.