Книга Охотники и чудовища, страница 104 – Валерия Чернованова

Разобьюсь? Стопроцентно. Но лучше уж такая смерть, чем от руки де Горта.

Наверное, эта мысль отразилась у меня на лице. Впившись в меня взглядом, хальдаг резко отчеканил:

— Даже не думай, пришлая.

— Что, боишься остаться без добычи и, как следствие, без подпитки?

— Я бы в твоем положении поостерегся дерзить, — угрожающе сощурился этот… тип.

— А то что? Убьешь меня? Так именно это ты и собираешься сделать. И не жалко прощаться с мыслью о троне?

Ни один мускул не дрогнул на лице де Горта. Если он и сожалел о том, что ему подсунули нэймессу и из-за этого он теперь уже точно останется без вожделенной короны, то виду не подал. Как сидел с самой что ни на есть отмороженной рожей, так и остался сидеть.

Мудак как есть.

— Я в первую очередь хальдаг и только потом претендент на трон.

Еще и чертов патриот.

Снова молчание. Долгое, мучительное, я бы даже сказала душераздирающее. Сил больше нет чувствовать на себе его взгляд и считать минуты до своей гибели. Но выбора все равно не было. Только сидеть, ждать и надеяться, что скоро эта пытка прекратится.

— Вчера во время охоты ты своими глазами видела, что тебя ждет, — вдруг нарушил тишину де Горт.

И тут меня прорвало. Испытав какой-то внутренний толчок, я страстно выпалила:

— Но я еще такой не стала! Не стала, понимаешь? Посмотри на меня! Видишь, я все еще человек и у меня есть шанс вернуться обратно. Домой. Теймен сказал…

— Теймен — сумасшедший, а скоро и ты обезумеешь! — подавшись ко мне, прорычал Истинный.

Прорычал зло и яростно, будто этот мир уже успел меня обезобразить и сейчас перед ним находилась кровожадная нэймесса, а не та, чье тело всего несколько часов назад он ласкал и покрывал жадными поцелуями, не в силах остановиться.

— Ты просто не понимаешь, что ждет тебя в будущем. Муки и невыносимая жажда магии, которая, если ее не утолить, будет сжирать тебя изнутри!

— Но…

— Пойдем.

Только сейчас я поняла, что экипаж остановился и мы больше не двигаемся. Выбравшись из кареты, де Горт схватил меня за локоть и, не церемонясь, вытащил из нее, швырнув в снег, к широкому стволу дерева, которых в этом месте было как звезд на небе.

Тьма истончилась, поблекла. Растаяла серая луна, уступив место солнцу, тусклому, какому-то больному, первые лучи которого с трудом пробивались сквозь искореженные ветви.

Шерт… Опять Зачарованный лес. Как же я ненавижу это место. Ничего хорошего со мной здесь не случалось. Одни только гадости. И сейчас меня ждала самая большая и подлая гадость.

— И что теперь? — Я поднялась.

Отряхнула от снега юбку, вскинула голову, стараясь казаться бесстрашной. Помирать, так с музыкой! Ну, то есть не дрожа от страха.

Только не перед ним.

Стальной не отвечал. Стоял в нескольких шагах от меня, глядя мне прямо в глаза. А я уже, если честно, устала от этого взгляда. От всего устала.

Обхватила себя за плечи руками и тихо сказала:

— Ну, давай. Делай, что собрался. У тебя настолько закостенелые взгляды, что ты даже выслушать меня не желаешь. Поставил на мне клеймо — чудовище и рад стараться. Убивай и убирайся!

Не хотела, но предательская дрожь все равно прокатилась по телу. И чертов лес поблек, стал каким-то мутным, когда на глаза набежали непрошеные слезы.

Теперь, главное, не моргнуть случайно, чтобы они не покатились по щекам и не выдали мое состояние. Не показали, как мне страшно. До этого не было, а теперь вдруг стало — кинжал в руке охотника кого угодно напугает. Настолько, что если он меня сейчас… не того… я плюну на все и малодушно разревусь.