Книга Бунтарка и Хозяин Стужи, страница 62 – Валерия Чернованова, Марина Эльденберт

Войдя в комнату Фабиана, застала брата с Доротой у окна. Они сидели в креслах и наблюдали за искорками снега, парящими в солнечных лучах.

— Лив! – радостно воскликнул Фабиан. – Ты проснулась? Вот соня!

И рассмеялся. Я улыбнулась в ответ, но успела сделать лишь шаг, как меня накрыло воспоминаниями.

Перед глазами внезапно темнеет, и вопреки моему желанию Душан тащит меня наверх, а потом я оказываюсь под ним на кровати, его руки шарят по моему телу, и мир вокруг вращается, вращается, вращается… Магии нет, я ничего не могу сделать! Защищаясь, вытаскиваю ошейник… Все, что было дальше, вдруг обрушивается на меня разом – вылетевшая дверь, барахтающийся под ней Душан, ворвавшийся Снежный.

Он меня спас и… снова поцеловал. Даже показалось, что это было не только из-за силы.

Показалось! Точно показалось!

И сейчас кажется? Потому что… с чего бы ему склоняться надо мной вместе с Фабианом, у которого глаза на пол-лица? Что опять происходит?

— Нэри Селланд! – голос его величества доносился как из каминной трубы. – Ливия, вы меня слышите?

И почему у него такое встревоженное лицо?

— Все в порядке, ваше величество, – это уже Каэтан. – Это никак не связано с тем, что произошло. Нэри Селланд, очевидно, выпила слишком много восстанавливающего память зелья.

Снежный выдохнул и посмотрел на меня так, будто был не прочь провести воспитательные работы тут же, на месте.

— Это так, Ливия? – спросил строго.

Ой.

— Мне не вспоминалось! – ответила возмущенно. – Должна же я была что-нибудь сделать! Я не из тех, кто сидит на месте, я человек действия!

Его величество приблизился ко мне так быстро, что ойкнуть повторно я даже не успела. Мало того что он загородил собой Фабиана, так еще и маячил рядом со мной лицом к лицу. И губы у него такие красивые… по-мужски красивые, резко очерченные. И подбородок…

Впрочем, все очарование губ и подбородка развеилось, когда он сказал, прищурившись:

— «Что-нибудь» однозначно будет, Ливия. – Так вкрадчиво, многообещающе…

После чего подхватил на руки, и я взлетела. Легко, как пушинка. Он держал меня без малейших усилий и без магии, я это видела! А глаза у него насыщенно-голубые, без этих морозных узоров, когда Снежные используют свою магию. И очень красивые. В обрамлении густых длинных ресниц. Всем бы девушкам такие ресницы, разорились бы тогда красоты мастерицы!

Ой, я еще и стихами заговорила. То есть подумала. Какие хорошие капельки!..

Пока я так размышляла, его величество уже оказался у дверей, на ходу бросив спешащему за нами Каэтану:

— Я сам разберусь.

Целитель, кивнув, остался в комнате брата, а я, поудобнее устроив подбородок на плече Снежного, помахала Дороте и Фабиану.

— Я скоро верну-у-усь…

Эхо подхватило мой голос, поскольку воины распахнули перед нами двери, и мы вышли в коридор. Резкие шаги Снежного звучали в унисон с ударами моего сердца, а у меня начала кружиться голова.

— Как у вас тут… немноголюдно, – доверительно сообщила его величеству.

— Это хорошо, не придется никому объяснять, что с вами случилось.

— А вы должны что-то объяснять? Вы же правитель Севера, – хмыкнула. – А правители никогда никому ничего не объясняют. Они только приказы раздают, и – вжух! – их все вокруг исполняют!

Снежный покачал головой, будто не мог в это поверить.