Книга Наследница клана Лунных, страница 98 – Юлия Меллер

Маха задумалась. К совести старшего стражника взывать бесполезно. Он сам вроде солидный мужчина и не полезет на девчонку, тем более, вокруг него Ланка вьётся, и он ею доволен, но другим не запретит. Не принято тут церемониться с осужденными. Но если припугнуть их, как советует возница, то может прав он, отступятся они от девчонки.

На следующей остановке Маха покачнулась, обмякла и, шатаясь, отошла в тень. Никто особо не обратил на неё внимания. Женщин много и все они шумели, радовались передышке, ждали раздачу воды. Тогда Маха, громко вскрикнув, упала, раскинув руки, и лежала, притворяясь мёртвой.

— Чего это она?

— Эй, красавчики, Маха сдохла! Пережарилась на солнце!

— Не пережарилась, — остудил ненужные слухи возница. — У нас навес, дура.

Мужчина тяжело спрыгнул на землю и тоже, как давеча Маха пошатываясь, отошёл в сторону.

— Тяжёлый дар у болезной, — пожаловался он бабам. — Силы тянет и тянет, — он схватил ковш с водой, присосался и, крякнув, спросил: — Сколько дней везём её?

— Да пяток уже есть, — бойко выкрикнула Пашка, насмешливо глядя на трепещущие ресницы Махи.

— Меньше, — ответили другие, и быть спору, но возница снял соломенную шляпу и показал на седые волосы.

— Видали? — грозно спросил он.

— То, что ты, дяденька, нечёсаный да вшивый?

— Тьфу, пустоголовая! Вши по такой жаре не живут. Я говорю, что девка силы тянет, и я рядом с ней старею! Вишь, поседел! А был чёрный как смоль!

— Да ты вроде такой и был, — с сомнением смотря на него, произнёс один из стражников.

— Я, господин хороший, без шляпы не хожу, потому как к чёрному солнце тянется, а теперь пегим стал, и шапка не нужна. Переложить бы девку куда в другое место? А? Я жить хочу!

— Но-но, чушь городишь!

Возница всем своим видом показал, как ему плохо, а рядом, оживая, закряхтела Маха. Какая-то дрянь воду ей на лицо вылила и за шиворот натекло, как тут не дёргаясь полежишь?

Стоянка закончилась, и караван двинулся дальше. Слух об опасном даре быстро распространился среди всех и телегу с подкидышем теперь обходили стороной. Возницу старший каравана оставил на месте, как и ухаживающую за новенькой Маху. Правда, бабы вновь стали завидовать Махе, но она все свои силы бросила на ухаживание за девочкой. Обтирала её, заставляла пить, пихала в рот размоченный хлеб… Болезная пришла в себя, но из-за слабости лежала, уставившись в натянутую на телегу тряпку.

— Скоро уже приедем, — шептала Маха, хотя сама толком не знала, скоро ли.

Она всё время разговаривала с несчастной, хоть та и не отвечала ей: взгляд у девочки был взрослый, и от этого её ещё жальче было.

— Тебе в крепости надо как можно быстрее выбрать покровителя, — поучала Маха, исходя из нового жизненного опыта. — И может, не одного, — тоскливо добавляла она. — Такова наша доля. Ты, главное, не противься. Поверь мне, жизнь ценнее!

Девчонка переводила взгляд на неё и испытующе смотрела, а Маха упорно продолжала вбивать своей подопечной науку, которую ей пришлось узнать на собственных ошибках:

— Они тебя испачкают грязью, а ты не бойся. Береги огонёк в душе, а остальное всё смоется.

— Маха, ты из учёных, что ли? — удивилась Пашка, подобравшаяся к тени от телеги.

— Образование имею, — чинно выпрямившись, ответила женщина.

— А чего тогда тут? Как тебя угораздило сюда попасть? Я-то с улицы…