Книга Весенний обряд, страница 32 – Лу Цюча

— Но, – перебила ее Лушэнь, – разве ты не сказала перед этим, что Тайи – это одна из трех звезд?

— Действительно, ты весьма сообразительна. Три звезды в данном случае – это Тяньи, Дии и Тайи.

— Но ты только что говорила о Полярной звезде…

— Это тоже Тайи.

— Как может быть два Тайи? – спросила Лушэнь и, обмакнув палец в вино, нарисовала на столе одну большую и три маленьких звезды, а всего – четыре.

Юйлин Куй взяла ее руку и обвела квадратом три маленькие звездочки.

— Три маленьких звезды вместе представляют собой то, на что раскололась Тайи, хотя говорить так не совсем верно. Как бы это выразить…

— Похоже, в твоих рассуждениях дальше мы не продвинемся ни на шаг. Связь между Тайи и тремя звездами не до конца ясна тебе самой.

— Хорошо. Позволь мне продолжить и подкрепить мои рассуждения фактами. В «Ли цзи» написано: «Потому-то ритуал должен исходить из великого единого, которое, делясь, образует небо и землю; в своем круговращении являет светлое и темное; изменяясь, дает четыре времени года; расщепляясь, создает души и духов; ниспосланное им именуют дарованием; управляется же оно небом». «Великое единое» в данном контексте и есть Тайи, который, похоже, является не просто небесным божеством. Упоминание его должности на небесах подразумевает, что он управляет небом, следовательно, он должен быть на уровне выше небес. Согласно Лаоцзы, «Небо следует Дао» – возможно ли, что под Дао он подразумевает Тайи? Я думаю, это можно понять и так. Согласно Конфуцию, «Небо и Земля разделены». Можно предположить, что именно Тайи разделяет их, поэтому Тайи – это своего рода хаос, существующий между Небом и землей. Этот полный первозданного хаоса Тайи распался, породив Небо и землю, но одна его часть осталась существовать в виде божества.

Таким образом, первоначальному Тайи соответствует Полярная звезда, а Небо, земля и духи соответствуют Трем звездам, включая Небо, землю и самого Тайи.

Сидевший рядом с Куй Бай Чжишуй разразился овациями, Лушэнь посмотрела на Куй взглядом, полным восхищения.

— Но, госпожа Юйлин, все приведенные вами доводы не имеют никакого отношения к моему вопросу. – Гуань Уи, как представитель старшего поколения, не преминул подчеркнуть этот момент.

— Мы непременно дойдем до него, – с характерной интонацией произнесла Куй. – Но, откровенно говоря, мне немного стыдно, ведь я запамятовала, в чем заключался ваш вопрос…

«На самом деле, я тоже не помню…» – Несмотря на то, что Гуань Уи размышлял над тем, чтобы ответить подобным образом, так как этот ответ соответствовал действительности, как глава клана, он не мог позволить себе произнести такие слова. Лушэнь тоже не могла вспомнить, о чем ее отец спрашивал Куй. Сяосюй тоже ощущала всю неловкость положения, но ее статус не позволял ей вмешаться. И несмотря на это, Сяосюй все же задала вопрос. Иногда, даже зная, что это вызовет неудовольствие хозяйки, она предпринимала те или иные действия, чтобы отвлечь ее внимание.

— Барышня, я не совсем поняла… – Сяосюй робко потянула Куй за одежду и продолжила: – Тайи, о котором вы только что говорили, – это Полярная звезда, однако Тайи, о котором говорил господин, – Верховный Владыка Востока. Один – на севере, другой – на востоке, разве они одинаковы?

— Вот ведь болтунья! – Куй повернулась и ущипнула Сяосюй за щеку. – Однако любопытством ты вся в свою госпожу. Значит, я не зря выбрала тебе имя из песни «Ши цзина».