Книга Синдром убийцы. Комплект из 4 книг, страница 272 – Алекс Михаэлидес, Майк Омер, Лиз Ньюджент, и др.

Они уселись, и Зои переложила на свою тарелку порцию хумуса. Оторвала кусок питы, как следует повозила в нем и засунула в рот. Пита оказалась теплой, с насыщенным и цельным – совсем не то, к чему она привыкла, – вкусом. Зои закрыла глаза, глубоко вдохнула, потом чуть заметно улыбнулась.

— Хорошо, а? – заметил Тейтум. Он жевал большой кусок питы, запивая его колой.

— Потрясающе. – Она кивнула. – Говоришь, они доставляют в Дейл?

— Ага. Это сильно улучшило мое впечатление от здешней жизни, честно признаюсь.

Зои сделала себе новую порцию питы с хумусом. Хотя бы об этом они могли говорить спокойно, без споров.

— Ну-ка, – сказал Тейтум, – догадайся, где я был последние два дня?

— А ты уезжал?

— Ага.

— Куда?

— Не хочешь угадать?

— Не особо.

— Я был в Мейнарде, – объявил Тейтум таким голосом, будто только что вытащил кролика из пустой шляпы; этот голос предполагал потрясение или аплодисменты публики.

— Правда? – сухо протянула Зои; она не собиралась потакать ему, хотя заинтересовалась.

— Полицейский, который вел дело того серийного убийцы, сейчас шеф полиции, – сказал Тейтум.

— Угу.

— Ага. В любом случае, я разобрался с алиби Рода Гловера на время убийства Клары Смит. Я его разнес.

На этот раз Зои не смогла сдержаться и вытаращилась на него.

— Как? – резко спросила она.

Как это Грей с такой легкостью справился с задачей, над которой она ломала голову много лет? Может, он нашел свидетеля, видевшего, как Гловер исчезает во время поисков? Или был какой-то человек, по очертаниям похожий на Гловера, и в темноте…

— Ты сосредоточилась не на том профиле, – сказал Тейтум. – Тебе нужно было составлять профиль следователей.

— О чем ты? – У нее дрожали руки. Она быстро спрятала их под стол.

— Полиция отчаялась припутать к этому делу Мэнни Андерсона, – ответил Тейтум. – У него было алиби на время смерти Клары, и поэтому они убедили медэксперта изменить оценку времени смерти.

— И это обеспечило Гловеру алиби, – выдохнула Зои, оцепенев от потрясения.

— Верно.

Как она прозевала такую возможность? Зои рассматривала ситуацию под любым углом, искала любые трещины, прошла через…

— Ты не могла до этого додуматься, – мягко сказал Тейтум. – Только не в четырнадцать лет.

Он был прав. В четырнадцать ей даже в голову прийти не могло, что полиция способна подтасовать улики, только бы притянуть кого-то к делу. Такая мысль была абсолютно чуждой. Зои могла злиться на копов, могла считать их некомпетентными, но в четырнадцать она ни разу не задумалась, что они и в самом деле могут вот так испоганить собственное расследование. Прошло много лет, прежде чем она узнала, что бывает всякое.

Но, когда Зои задумывалась об убийствах в Мейнарде, ей всегда было четырнадцать. Она всегда хваталась за те же идеи, двигалась привычной колеей мыслей.

— Я должна была сообразить, – раздраженно произнесла она. – Ты не представляешь, сколько раз я прокручивала в голове все факты этих дел… Это же очевидно.

— Да, если б только ты смогла отстраниться от них, – сказал Тейтум. – Но ты не могла. Зои, это твое детство. Ты сама едва не стала жертвой убийцы. Он продолжает посылать тебе эти конверты, выносит тебе мозг, пугает тебя…

— Я не напугана.

— Правда? Когда он годами преследовал тебя? Что ты на самом деле чувствовала, когда получала от него эти конверты? Ты действительно думаешь, что не возвращалась на двадцать лет назад?