Книга Синдром убийцы. Комплект из 4 книг, страница 217 – Алекс Михаэлидес, Майк Омер, Лиз Ньюджент, и др.

— Ну да, но у тебя был такой тон…

— Слушай, мне жаль, что я ранила твои хрупкие чувства. В том переулке лежала еще одна мертвая женщина, и каждая секунда нашего безделья увеличивает опасность нового убийства. Вот на чем я сейчас сосредоточена.

— Я тоже. Знаешь, я сотрудник ОПА, как и ты. Я не просто симпатичный парень в костюме. У меня неплохие инстинкты и опыт.

— Ты не носишь костюм, – заметила Зои.

— Я выражался фигурально, – ответил Тейтум; его взгляд скользнул вниз, как бы подчеркивая, что по сравнению с ней он одет очень формально.

Она не очень понимала, чего он хочет. Извинения? Зои не собиралась извиняться за то, что делает свою работу. Она решила пойти другим путем – сменить тему. Спросила она мягким, успокаивающим голосом:

— Тебя не радует твоя новая работа в ОПА?

Тейтум уставился на нее, нахмурился. Смял пустую упаковку от «Сникерса», хотя пива осталось еще полбутылки. Любитель.

— Не знаю, – сказал он и глотнул пива. – Это не то, чего я хотел. И я любил Эл-Эй. Но пока что здесь нескучно.

— А почему тебя… повысили? – спросила Зои; она пыталась задать вопрос деликатно, но голос сам собой оскорбительно выделил «повысили».

Тейтум ухмыльнулся.

— Потому что я крут. А как иначе?

Она подняла брови.

Он вздохнул.

— Я работал по делу о сети педофилов. Мы подобрались вплотную к одному из главных поставщиков материалов. Когда собирались арестовать его, он сбежал.

Зои молча кивнула.

— Я догнал его и крикнул поднять руки вверх. Он потянулся к своему рюкзаку, и я застрелил его.

— А к чему он тянулся?

— Точно не знаем, но думаем, что к фотоаппарату. Там было полно снимков, и мы думаем, он хотел их стереть. Оружия в рюкзаке не было.

Зои обдумала его слова.

— А разве стрельба не была оправданной? Ты думал, он лезет за пистолетом…

— То, о чем я думал, – предмет серьезных разногласий. Мы были одни в переулке. Выстрелов никто не слышал. А перед этим я не раз заявлял, что думаю насчет этого парня.

— А именно?

— Что он заслуживает смертной казни, – сухо ответил Тейтум.

— И поэтому они решили, что ты… казнил его?

— Кое-кто действительно так решил. – Он пожал плечами. – В общем, они были не слишком довольны, как я работал по делу. Слишком эмоционально. Не все шло по протоколу. И, я думаю, это было не в первый раз. Но мой шеф хотел представить это прессе как победу. На домашнем компьютере этого парня нашли кучу данных, и мы смогли закрыть бо́льшую часть поставщиков. Поэтому они не могли уволить меня по-настоящему.

— И вместо этого повысили тебя с переводом в ОПА…

Тейтум улыбнулся.

— Ты продолжаешь держаться за это слово. Вряд ли ты знаешь, что оно означает.

— Какое слово? Повысить?

— Я просто шучу… не обращай внимания. А как насчет тебя? Тебя радует работа в ОПА?

— Я всегда мечтала этим заниматься, – сказала Зои.

— Это мило. Но не отвечает на мой вопрос.

Она моргнула и отвела взгляд. Затем сказала:

— Честно говоря… меня не радует много вещей. Но я считаю их интересными. И мне нравится, когда я занята. Но я не приплясываю от радости, когда еду из дома на работу.

— Ну, приплясывать всю дорогу от Дейла до Квантико похоже на тяжкий труд.

Несколько секунд оба молчали, потом Тейтум продолжил:

— Ты психолог. Ты могла помогать людям или работать с детьми. Почему решила заняться криминальной психологией?