Книга Синдром убийцы. Комплект из 4 книг, страница 214 – Алекс Михаэлидес, Майк Омер, Лиз Ньюджент, и др.

И он не получил желаемого. На этот раз его фантазии не были осуществлены. Его нужда по-прежнему здесь. Возможно, она даже сильнее, чем прежде.

У серийного убийцы обычно есть кривая обучения. И есть фантазии. Он убивает, стараясь осуществить их, но это не срабатывает так хорошо, как он надеялся. Ему не удается приблизиться к фантазиям. Тогда он задумывается, как улучшить свои действия, чтобы в следующий раз добиться желаемого. Снова убивает. Еще раз улучшает свои методы. И снова убивает.

Это то, что люди редко понимают, когда речь идет о серийных убийцах. Большинство людей считает, что у них есть неизменный почерк. Но убийца часто изменяет методы и почерк, приспосабливаясь к своим затейливым фантазиям.

Этот тип явно адаптируется. Его техника шлифуется с каждым убийством. Как он будет приспосабливаться на этот раз?

Они его едва не поймали. Он напуган. Ему нужно время перегруппироваться, понять, что случилось и где он ошибся. Он знает, что главная ошибка – оставленный жертве телефон, поэтому будет следить, чтобы такое не повторилось. Но этого мало. В следующий раз, схватив жертву, он убьет ее быстрее, не оставив времени с кем-то связаться. А еще он может сменить свою цель. Ему известно, что они знают о его охоте на проституток. И он начнет искать другую жертву – тоже уязвимую, но не панельную девушку.

— Эй, – сказал Мартинес, присаживаясь на корточки рядом с ней. – Вы в порядке?

— Он собирается схватить следующую, – произнесла Зои. – И он будет адаптироваться. Мы больше не сможем отыскать его, опираясь на будущие жертвы. Нам придется искать его по хлебным крошкам, которые он оставил в своих прошлых преступлениях. По его прошлым ошибкам.

Он уставился на кафельный пол душа, следя за пенистой водой, розовой от крови, которая кружилась водоворотом у стока. В этом было нечто завораживающее – матово-белые, розовые и красные пузыри, собирающиеся у темной дыры и один за другим сползающие в нее. Из его горла непроизвольно вырвался всхлип.

Все пошло так неправильно…

Он думал, что к концу этого вечера они будут вместе. Это ему за то, что доверился женщине до обработки. Следовало прикончить ее вчера вечером, как только он ее схватил. А вместо того решил подождать – и вот чем все закончилось…

Он остался один.

Наконец вода, стекавшая с его тела, стала бесцветной, прозрачной. Он выключил воду, вышел из душа и схватил полотенце.

Рубашка и штаны, пропитанные кровью женщины, лежали на полу в завязанном пакете для мусора. Он подумал, не сжечь ли их, но это показалось излишней возней. Кто полезет в завязанный мусорный пакет? Он решил выкинуть его в городской мусорный контейнер, как только выйдет на улицу. Убрать улики из дома – этого вполне достаточно.

Ему все еще было трудно поверить, что коп у дорожного заграждения дал ему уехать, когда его одежда была в таком виде.

Он медленно побрел в комнату, ощущая удушающую пустоту своей квартиры. Никого в спальне, только он сам. Если сядет выпить пива, он будет пить в одиночестве. Некому поговорить с ним о его дне, некому послушать, как он сбежал от полиции, ускользнул буквально из их рук.

Он натянул джинсы и простую рубашку на пуговицах, посмотрел на себя в зеркало. На него уставилось его отражение. Он разглядывал лицо и шею, желая убедиться, что не пропустил ни одного пятнышка крови. Нет, все чисто.