Книга Изменитель, страница 104 – Олег Шишкин

Раздался зычный гудок.

Соколов открыл саквояж и, вынув сверток в старинной гербовой бумаге, передал его Балтасару…

А затем стал подниматься по трапу.

1977 год. Волоколамск. Зверопитомник

Молодую медведицу пограничники нашли на Чукотке. Она была изранена. Ее выходил военный врач, но отпускать на волю зверя было уже нельзя.

На военном самолете медведицу переправили в Москву. Она летела туда целых двадцать часов. Однако в столицу медведица не попала, ее перевели в Волоколамский питомник. Там оказалось не очень-то и вольготно, но зато сытно. И за медведицей заботливо приглядывала зоотехник Груша.

Луис Бланко приехал в питомник на посольском грузовике с вольерой, уже установленной в кузове. В ожидании зоотехника и оформления документов он долго бродил у вольер, наблюдая жизнь медведей разных мастей и пород. Потом, заметив клетки с белыми медведями, остановился у них, стараясь понять, какое из животных ему дадут. Особенно его развеселили шаловливые медвежата, которые качались на автомобильной шине, плюхались в бассейн с водой или от души валтузили друг друга.

Расхохотавшись над ними, Бланко и не заметил, как сзади к нему подошла зоотехник Груша и сказала:

— Вы что, правда с Кубы? Вы хоть понимаете, куда повезете нашу полярную зверушку?

Бланко смерил взглядом сотрудницу и оценил ее большущий бюст так, что она аж засмущалась.

— Все я понимаю, – сказал Бланко. – Я ведь и сам почти двадцать лет в Союзе прожил, и меня везде пошвыряла гарнизонная служба. Так что ничему не удивляюсь. А медведицу Вику я у вас заберу. Она не мне нужна и не Фиделю, она нужна Лёньке. Уж больно он томится без женского общества. У медведя характер боевой, но без дамы сердца он на жизнь смотрит грустно, почти перестал есть.

— Да это-то все понятно, – согласилась Груша. – Ну что, значит, полетит наша красотка в далекие и теплые края? Вот уж она, когда по своим льдинам бегала, вообразить такого не могла. Чем же вы ее кормить там будете, в своей Чунга-Чанге? Кокосами и бананами?

— Она будет на спецобеспечении – ей это гарантировано нашим развитым социализмом.

— Ну, значит, так тому и быть, – ослабив напор, согласилась Груша. – И когда же вы голубушку забираете?

— Да прямо сейчас.

— Тогда пойду скажу нашему директору, пусть с баланса ее списывает. – Груша посмотрела на медведицу и обратилась к ней по-человечески: – Расстаемся, Викуль. Буду тебя еще долго вспоминать.

— Да не переживайте вы! – вдруг как-то тепло сказал Бланко.

— Да я и не переживаю! Просто с ними же как с людьми. Привыкаешь, кормишь, а потом – прощаешься. Ладно, пойду документы оформлять. Вы машину прямо к вольере ставьте, и будем грузить.

Груша пошла в двухэтажное кирпичное здание, где помещалась администрация питомника. А Бланко с вожделением смотрел в ей вслед. Сочная была женщина. Потом подогнал грузовик и долго ждал появления Груши. Она пришла с двумя сотрудниками, и те довольно быстро криками и приманкой перегнали зверя в клетку в кузове.

— А как повезете? – поинтересовалась Груша. – Морем?

— Не-а. На военном самолете, как генерала, – пошутил Бланко и подмигнул ей. – Я бы и вас увез.

— Меня нельзя, – ответила Груша и засмеялась. – С моими сиськами не во всякий самолет пускают. Тем более военный.