Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №6, страница 252 – Сергей Изуграфов

— Кроме него найдутся, – процедил сержант, прожигая Загоракиса взглядом. – Говори, падаль! Только попробуй все не рассказать: тебе потом не жить на этом острове!

— Он меня заставил! Он взял у отца две канистры с бензином, сказал, чтобы я поехал с ним ночью к тому дому и ждал его в машине. Я всего лишь ждал в машине! Когда вспыхнул пожар, я думал, что с ума сойду от страха! Он вернулся весь пропахший бензином и злой. Сказал, что ему показалось, что его заметили, и теперь ему придется бежать с острова. Он довез меня до деревни, сказал, что если я кому-то расскажу, он меня убьет. Больше я его не видел! – и сгорбившись на стуле, зарыдал в голос.

В дверь постучали, и в открывшуюся щель просунулась голова дежурного сержанта Димоса, чья ночная смена началась два часа назад.

— Прошу прощения, господин старший инспектор, – косясь на рыдающего на стуле свидетеля, отрапортовал он. – Вам звонят из госпиталя по второй линии. Говорят, срочно!

— Ясно, спасибо, Димос! Дусманис, забирайте свидетеля, посадите его за стол, дайте бумагу и ручку. Пусть пишет все, что только что рассказал. И как можно подробнее! Уводите! – он махнул рукой сержантам, те быстро подняли рыдающего Загоракиса под руки и вывели из кабинета. Старший инспектор снял трубку. – Антонидис, начальник криминальной полиции. Слушаю вас! С кем я говорю? Так… Кто? Что?! Как и когда это случилось? – Какое-то время он внимательно слушал. – Заключение о смерти? Понятно… Спасибо, что сообщили. Я направлю к вам сержанта, он составит протокол и опросит свидетелей. Утром я тоже подъеду: мне будет нужно официальное заключение патологоанатома… Всего доброго!

Старший инспектор положил трубку, вытащил из кармана пиджака большой платок и вытер лицо, на котором появилось странное выражение.

— Он все-таки умер! – расстроившись, догадался Смолев. – Теперь это убийство…

— Не совсем, – вдруг сказал старший инспектор. – Понимаете, Алекс, днем я беседовал с хирургом, удалившим стрелу. Так вот, он меня заверил, что она так удачно пробила череп, что практически не повредила жизненно важных центров, и это ранение не угрожало жизни Загоракиса. Оказывается, такое бывает! Через какое-то время, по мнению хирурга, он бы полностью восстановился. Ну или почти полностью… Так вот, около двух часов назад раненый пришел в себя.

— И что же произошло? – недоуменно спросил Смолев.

— Решил бежать. Думаю, увидел на руках следы от краски, понял, что мы его сегодня дактилоскопировали, и попытался сбежать через окно. Уж больно не хотел общаться с полицией. Прыгнул на ветку дерева, промахнулся и упал вниз – прямо на забор… По крайней мере, так считает охранник, который обнаружил его полчаса назад. Там когда-то раньше была клумба, но два года назад сварили высокий трехметровый забор, с такими острыми пиками. По-другому туда никак не забраться, – только упав с дерева. Пики забора пробили сердце, и он умер мгновенно.

На пару минут в кабинете начальника криминальной полиции повисла тишина. Каждый думал о своем.

— Какого цвета забор? – уточнил зачем-то Смолев.

— Черного, – удивленно глядя на него, ответил Антонидис.

Смолев с удовлетворением кивнул, словно знал что-то, о чем старшему инспектору было совершенно невдомек.

— Кстати, почему вы решили, что это месть? Как вы так быстро догадались? – задал встречный вопрос старший инспектор.