Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №6, страница 250 – Сергей Изуграфов

— Вы меня нисколько не удивили, Загоракис, – подойдя ближе, подключился он к разговору. – Вот уже битый час вы нам морочите голову, а у нас еще масса дел. Старший инспектор был с вами слишком мягок, от меня такого сочувствия не ждите. Моя фамилия Смолев, я специальный агент Интерпола на Кикладах с очень широкими полномочиями. Поступим так: чтобы сэкономить наше время, я сейчас вам сам расскажу, как было дело, и что теперь будет с вами. – Смолев протянул руку, взял со стола распечатку и показал свидетелю, тот отвернулся. – На этом фото, Загоракис, действительно ваш брат Андреас, он приехал к вам на свадьбу: что поделать, даже у преступников есть родственные чувства. Двадцать лет назад он совершил на острове преступление, скорее всего, убийство, за которое поплатился вчера… Да, да, поплатился: у меня нет никаких сомнений в том, что вчера его настигла месть. Расплата. Я также вполне допускаю, что вы были соучастником или свидетелем его преступления двадцать лет назад, – потому-то вы и не спешите нам ничего рассказывать. За шкуру свою трясетесь… – Смолев мрачно усмехнулся, возвращая снимок на стол. – У вас есть два варианта, Загоракис: сотрудничать с полицией, все рассказать и, если вы невиновны, – вернуться к себе домой к своим гостям, на свой мальчишник, и стать семейным человеком в ближайшее воскресенье. И жить дальше настолько счастливо, насколько вам позволит ваша совесть. Или можете продолжать играть в молчанку – и остаться здесь: вас задержат в полицейском участке для выяснения обстоятельств на трое суток. Для начала. Как раз до воскресенья. Все по закону. Так ведь, старший инспектор? – он оглянулся на Антонидиса и тот кивнул. – Ну вот видите, я вас не обманываю. А женитьба… Женитьбу в таком случае придется отложить на неопределенный срок, а может, и навсегда. Кто захочет связать свою жизнь с уголовником? Мы обязательно во всем разберемся, опросим ваших родителей, родственников и знакомых, чтобы выяснить, кто этот человек на фото и что он сделал. Вашего брата опознают, не переживайте. В первую очередь – ваши родители. Не хотелось бы расстраивать стариков, но своим молчанием вы не оставляете нам выбора.

Голос Смолева заметно потяжелел, в нем зазвучал металл:

— Мы выясним все, Загоракис, мы найдем свидетелей, мы вытащим эту старую историю на поверхность, разложим все по полочкам, соберем все доказательства и, повторяю, во всем разберемся. С вами или без вас. И виновные будут обязательно наказаны, даже не сомневайтесь. Ну, так что вы выберете? Сотрудничество с полицией или заключение в тюремную камеру?

— Я ничего не знаю! – почти прорыдал скрючившийся на стуле молодой человек. Глаза его бегали, лицо пошло пятнами. – Ничего не знаю!

— Он лжет! – присмотревшись к нему, холодно бросил Смолев. – Он все знает. Снова ваша очередь, старший инспектор. Если он опять откажется говорить, просто оформляйте задержание на трое суток. А потом отправим его на материк, – и пусть с ним там разбираются еще пару недель.

Старший инспектор, встав и нависнув над подозреваемым, принял самую угрожающую позу, на которую был способен. Сержант Дусманис, стоявший у дверей, немедленно скопировал ее с величайшей точностью.

— Не советую вам злить старшего инспектора, Загоракис, – покачав головой, добавил Смолев. – У вас последний шанс! Либо вы рассказываете все, либо вас обвинят в убийстве. И вся жизнь ваша будет кончена. Ну?!