Онлайн книга «Соловьи не поют зимой»
|
— Чувствую полукровку с силой чистокровного. Значит, всё, что я сказал, ты поняла… Хорошо. Он не спрашивал. Дядя не привык спрашивать, если ему казалось, что начатый разговор будет долгим. Поэтому он изогнул губы в мягкой улыбке и перевёл взгляд на Яо. — Проводи госпожу в покои почившей супруги, обеспечь всем необходимым и глаз с неё не своди. Яо взял Надю под руку, и Инчэн подумал, что неплохо бы ему эту руку оторвать, но не успел ничего сделать. — А ты останься, — сказал ему дядя, — ещё на пару слов. Закрывшаяся за Надей и Яо дверь глухой болью отдалась в сердце. Простит ли она его после этого? Поймёт ли? — Влюбился? — прервал его мысли дядя, который незаметно для Инчэна снова поднялся на ноги и подошёл к нему. — Эх, Инчэн, я думал ты сознательный взрослый парень. Как ты мог повестись на красоту, как ты мог? — Если ты планируешь говорить об этом, дядя, мне лучше уйти. В моих оправданиях нет смысла, ты им не поверишь. — Не поверю. Иди к себе и возвращайся, когда придумаешь что-нибудь более убедительное. А лучше займись разработкой плана по возвращению жемчужины. Глава Имуги древний, как сама жизнь, он был знаком с Великим Предком… если жемчужина примет его, если она примет, Инчэн… — И что? Пусть примет! Девять небес не падут от того, что один-единственный имуги вознесётся! — Ты сошёл с ума⁈ — рассвирепел Тай Лун. Теперь вместе с золотой вспышкой в глазах из его носа пошёл дым. — Этого нельзя допускать! — Только об этом и думаешь! — тоже разозлился Инчэн и, не спрашивая разрешения, вышел и хлопнул дверью так, что с потолка посыпалась краска. * * * Это было новое потрясение, и оно оказалось болезненным до слёз. Даже при желании Надя не смогла бы вмешаться в спор двух драконов — у неё сдавило горло. Когда она с волнением и лёгкой тревогой ожидала встречи с дядей Инчэна, то и представить себе не могла, что услышит такое… Слова старого дракона звучали в ушах: «Ты вообще помнишь, ради чего отправился в это путешествие?.. Ты не вернул жемчужину, как было нужно…» Инчэн говорил, что пришел помочь защитить жемчужину от Имуги, а оказывается, должен был забрать себе реликвию, дарованную предком её родному городу? Сделать именно то, что она, Надя, как хранитель, всеми силами обязана была предотвратить? Соловьи — враги… и она тоже. И что ещё за «драконьи письмена»? Секретарь Инчэна вёл ее куда-то, удерживая под руку, и девушка отстранилась с несвойственным ей раздражением, но всё же вынуждена была идти рядом. Она думала, что прибудет сюда как невеста, но оказалась пленницей… В этот миг Наде припомнилось, как перед самым появлением в её жизни дракона потускнел кулон и погасли окружавшие жемчужину светлячки… Непонятно как, но это явно было связано с тем, что родные Инчэна и он сам предприняли что-то против её сокровища… А ведь она так верила Инчэну! Больше, чем себе самой… Яо привел Надю в какую-то комнату, обставленную в изящном китайском стиле, которая в другое время вызвала бы у неё любопытство и даже восторг, но Соловушка ничего не видела вокруг из-за слёз, которых все-таки не сдержала. «Ничего не бойся», — сказал ей любимый. Но больше всего на свете она боялась потерять его. И что же теперь?.. Надя даже петь бы сейчас не смогла, даже самую грустную песню. Все внутри онемело, как от заморозки. И всё же усилием воли девушка остановила коварно вползающую в душу пустоту. |