Онлайн книга «Соловьи не поют зимой»
|
Особая зыбкая нежность поздней русской весны, готовой вот-вот перейти в летнее полнокровие, окружила парочку крылатых. Их дурманили запахи трав и цветов с царящим над всем ароматом сирени. Радовали глаз деревья в бело-розовом цветении, россыпи слишком ярко золотящихся одуванчиков… прячущиеся в траве капли ландышей, но не простые, а сияющие нежным светом… И соловьи! Соловьи повсюду. Звучные россыпи их песен вливались прямо в душу, просветляя и умиротворяя, но сердце обычного человека наверняка бы болезненно сжалось от избытка красоты… А вот Надя не обращала внимания на песни собратьев. Она летела к своему гнёздышку. Инчэн же засмотрелся на окружающее и почти не заметил болезненного предчувствия, кольнувшего в грудь, а в следующий миг увидел Надю над гнездом, в котором… ничего не было. Защита города разрушалась, и даже здесь уже чувствовалось неумолимое приближение катастрофы. Увидев гнездо, Соловушка обернулась девушкой, села прямо на траву, рассеянно сбросив зимнюю куртку, и закрыла лицо руками. Только сейчас она полностью осознала произошедшее. Соловьиное гнездо было пустым. Её кулон — ключ! — допустил до него чужака. — Её нет, Инчэн! — в отчаянии прошептала Надя. — Жемчужины нет. Я не справилась. Я всё испортила. О Боже! Мама… — уже чуть слышно прозвучал её голос, — прости меня, пожалуйста… Инчэн вернулся в человеческий облик, скинул пальто и использовал драконье зрение, чтобы найти и выцепить нить мироздания, связанную с имуги. Нить отметилась ярко-алым знаком — теперь не потеряется, теперь они найдут эту дрянь даже в преисподней! А потом он вспомнил Надиного отца, людей на площади, счастливых и весёлых, детей… Инчэн не мог их бросить, не мог оставить всё так. Он самый сильный наследник текущего поколения драконов, он сможет справиться со всем. Иначе как на круге перерождения посмотрит родителям в глаза, как объяснит то, что что бросил на смерть целый город? Со вздохом он подошёл к Наде, опустился рядом и приобнял её за плечи. — Мы вернём твою жемчужину, сердце моё. Но сейчас, чтобы всё, что мы сделаем после, было не напрасно, нужно возвратить городу защиту. — Инчэн помолчал немного и приложил руку к груди. — Ты правда любишь меня? Чувствуешь родство наших душ? Ответь, пожалуйста, честно… Надя посмотрела на него немного удивленно. В её глазах блестели слезы, но они горели самой чистой и искренней любовью. — Я люблю тебя! — ответила она. — Я могу сомневаться во многом — в своем предназначении, в волшебстве, даже в спасении моей души… Но не сомневаюсь в одном — я тебя люблю. Больше жизни, и это не пустые слова… Наши души и правда слились… Я твоя, моя радость. Сердце вздрогнуло под ладонью, жемчужина выбросила энергию, и та волной прошла по телу, на миг облекая его в серебристую чешую… а затем выпала. С такой болью, будто её вырезали из живой плоти… Но боль оказалась мимолётной — остались лишь дрожь и чувство пустоты внутри. Жемчужина выскользнула на ладонь. Маленькая, неприметная, сейчас она не представляла из себя ничего особенного. Инчэн посмотрел Наде в глаза, улыбнулся и тут же кашлянул кровью — его золотое ядро и духовная сущность ответили естественной реакцией на такое извлечение. Струйка крови потекла по подбородку, но он не обратил на это внимания, лишь аккуратно положил жемчужину в гнездо и… окончательно разорвал ней связь. Его собственная духовная сила мгновенно заполнила пустующее в сердце место, а жемчужина у них на глазах обросла удивительной красоты кристаллами. Вспыхнула и выбросила в воздух пучок серебристой энергии, и та, пронзая пространство, врезалась в разрушающийся купол и стала очень быстро восстанавливать его. |