Книга Цена (не) её отражения, страница 20 – Тория Кардело

— Да, Аля, ты даже не удосужилась нормально одеться, — добавила Ира. — Ты опозорила нашу школу!

Аля сидела, опустив голову; каждое слово ранило. Она понимала, что это правда — они всех подвели. Она подвела всех.

— А ты, Роман? — обратилась Настя к нему так резко, будто лично оскорбилась его равнодушием. — Ты вообще ничего не делал, просто стоял там и читал, как робот! Даже не удосужился хотя бы просмотреть доклад заранее!

Роман откинулся на стуле и смотрел в потолок, на мигающие люстры. Но вот медленно опустил взгляд на Настю, на его лице появилась лёгкая усмешка.

— А ты считаешь свое выступление вершиной ораторского искусства?

«О, Роман умеет за себя постоять! Мне бы так».

В классе стало немного тише, все ожидали продолжения.

— Удиви меня ещё чем-нибудь, о великий мотиватор.

Настя покраснела от возмущения, открыла рот, но ответить не успела: её перебила поднявшаяся с места Полина.

— Роман не виноват, — промурлыкала она, посмотрев на одноклассника со смесью восхищения и собственничества.

— Он сделал всё, что мог, учитывая обстоятельства.

Она перевела взгляд на Алю, и в её интонациях сразу появился яд, а взгляд карих глаз стал холоднее льда.

— Это всё жируха опять виновата!

Слово «жируха» обрушилось как пощёчина. Грубое, жестокое, оно попало прямо в цель — в самый больной комплекс.

— Точно! — подхватила Лиза, всегда казавшаяся неприметной на фоне своей яркой подруги, но во всём её поддерживавшая. — Если бы не она, мы бы выиграли.

— И зачем ты вообще пошла выступать? — добавил Миша, любивший вставить свой неуместный комментарий в любой разговор. — Нужно же понимать, что с таким телом на сцену лучше не выходить!

— Может, ей лучше вообще не выходить из дома? — сострила Полина.

Аля сжималась, пытаясь сдержать слёзы. Казалось, все вокруг стали злобной толпой, жаждущей растерзать её за недостатки, за несоответствие глупым стандартам, за само существование.

Все, кроме Романа. Аля украдкой посмотрела на него, боясь встретиться взглядом, боясь увидеть осуждение или насмешку. Но он оставался безучастным, наблюдал за происходящим, как за скучной сценой. Его лицо выражало спокойствие, почти безразличие, а глаза закрывались, будто он вот-вот задремлет. Он не присоединялся к обвинениям, не смеялся над шутками, не поддерживал ни одну из сторон. Ему было… всё равно. Или он хорошо это скрывал?

Аля хотела сказать ему «спасибо», выразить признательность. Но слова застревали в горле.

* * *

Смех одноклассников эхом звучал в голове даже дома, но одно воспоминание согревало душу — прикосновение Романа.

«Почему он так поступил?»

Она села за ноутбук, облепленный разноцветными стикерами, и по привычке завернулась в плед.

«Сочувствие? Нет, откуда бы! А может, просто боялся плохой оценки? Ведь ему всё равно на меня…»

Она снова кликнула на знакомый ярлычок сайта психолога Агаты. Аля уже привыкла после таких тяжёлых дней уходить туда, черпая тонкую уверенность и надежду.

Сайт загрузился почти мгновенно — Аля посещала его так часто, что он был в истории браузера. Она просмотрела новые публикации, пока не наткнулась на статью под названием «Идеалы и их тени: как наше представление о совершенстве мешает нам жить». Взгляд упал на строчку внизу страницы: «Стоимость приема — пять тысяч рублей». Она горько усмехнулась.