Книга Баба Нюра в новом теле (деле), страница 49 – Ольга Коротаева

Впрочем, Элиза всё равно не сдавалась и шла за мной с решительным видом. Её дочь раз уже бросили у алтаря, и мне хотелось думать, что эта женщина собиралась сделать всё возможное, чтобы этого не произошло снова.

На миг даже стало интересно, что такого она скажет инспектору? Потребует исполнения обязательств? Так он не просил моей руки, как полагалось в обществе этого мира. Пойдёт на шантаж?

Впрочем, узнать было не суждено.

Рядом с нами остановилась пыльная, но богато украшенная повозка, а из окошка выглянула ухоженная женщина средних лет в отороченном мехом дорожном костюме, будто приехала из холодных мест. Она изумлённо воскликнула:

— Элиза? Это на самом деле ты?

На мать Ханны было жалко смотреть. Она была так растеряна и напугана, что не могла и слова вымолвить. А гостья столицы продолжала щебетать, сколько лет они не виделись после выпуска из пансиона благородных девиц, но я вмешалась:

— Извините, госпожа, вы ошиблись.

И затолкала остолбеневшую Элизу в первую попавшуюся дверь. Внутри царила приятная прохлада, а дремлющий за стойкой мужчина встрепенулся.

— Успокоительного зелья, пожалуйста.

Сделав заказ, усадила мать Ханны за один из пустующих столиков и положила перед ней монетку, но женщина попыталась подняться.

— Стой. У нас нет на это ни времени, ни денег.

— Сиди уж, — надавила ей на плечи. — Та повозка ещё стоит, так что не высовывайся. Эта фифа сюда нос не сунет, побрезгует. Я вернусь за тобой сразу, как навещу Мора.

Выскользнула на улицу через чёрный ход и сразу побежала к подворотне, чтобы слуги знакомой Элизы меня не поймали. Там остановилась, перевела дыхание и, поправив одежду, решительно направилась к дому инспектора. По дороге прикупила два леденца для девочек.

На стук никто не отзывался. Толкнув дверь, я позвала:

— Эй! Есть кто живой?

Ответом была тишина, и я нахмурилась. Может, Мора нет дома? Тогда почему открыта дверь? Обошла дом, заглянув в безлюдную детскую и пустой кабинет. Что происходит? Куда все подевались?

Только собиралась покинуть дом, как услышала странный шум и крепкое словцо.

— Что? — Узнав голос Мора, хищно улыбнулась: — Вот ты где спрятался, суженый-ряженый!

Направилась на звук льющейся воды и, приоткрыв дверь, увидела картину, от которой, признаться, перехватило дух. Мокрая ткань рубашки стала полупрозрачной и облепила мускулистый торс мага, обрисовывая каждый кубик пресса, каждую ложбинку, и у меня мгновенно пересохли губы.

Вот это да!

Мор стоял в медной ванной и безуспешно пытался перекрыть брызжущую во все стороны воду. В одной его руке блестела сломанная лейка, которую мужчина то и дело прикладывал к трубе, а другой припечатывал чем-то похожим на муфту, только по металлу порой пробегали серебристые искорки магии.

Но каждый раз, когда казалось, что артефакт прикрепил лейку на место, та отскакивала, и на инспектора лились новые потоки воды. Судя по тому, что одежда Мора была насквозь мокрой, а в лужах на полу плавали расчёски, полотенца и прочие личные вещи, бой с непослушной трубой длился уже немало времени.

Я решила положить конец пытке моего нежного восприятия сексуальным телом молодого мужчины и громко заявила:

— Если вы и с преступниками так же сражаетесь, то я не понимаю, почему по улицам города не льются реки крови!