Книга Няня для тайной дочери драконьего военачальника, страница 4 – Ольга Коротаева

— Как должно быть страшно ребёнку жить здесь, — бормочу, искренне сочувствуя девочке с кудряшками. — Здесь хоть женщины есть? Одна же должна быть? Мама той крошки. Да?

— Не твоё дело, — огрызается Ирвин и распахивает передо мной дверь. — Убирайся.

А я замираю от внезапного озарения. Глядя на замощенную улицу, по которой медленно проезжает гружёная повозка, которую тянет унылая лошадь, а в другую сторону идёт полногрудая дама, неся в руках корзину с бельём, понимаю, что сотовыми и интернетом здесь и не пахнет.

Самое простое объяснение — я попала в некую общину, где люди отказались от благ цивилизации. Или в кино? Может, это съёмочная площадка? Тогда где камеры? Реалити-шоу? Память услужливо подсовывает моё отражение, и по спине ползут мурашки.

— Чего замерла? — подталкивает Ирвин в спину. — Не веришь своему счастью?

— Да, — выдыхаю и, развернувшись, цепляюсь за его руку. Когда перед глазами пугающая неизвестность, людям свойственно выбирать меньшее из зол. Даже если это всего лишь иллюзия. — Я забыла сказать твоему хозяину нечто очень важное!

Мужчина недовольно морщится:

— Эмэр не хозяин. Он мой командир!

— Так вы всё-таки военные, — киваю, убеждаясь в собственной догадке.

— Мы драконы, — сухо осаживает Ирвин и пытается высвободиться, но я цепляюсь за его рукав с таким отчаянием, что понимает, что быстрее останется без одежды, чем выставит меня за дверь. — Хорошо. Жди, я позову эмэра.

Я сначала жду, когда он закроет дверь, и мужчина зло прищуривается. Точно хотел обмануть и вытолкнуть, когда отпущу! Разжимаю пальцы, только когда засов опускается на место и, глядя, как удаляется Ирвин, облегчённо перевожу дыхание. Перспектива оказаться в одиночестве так испугала, что сердце до сих пор колотилось, как сумасшедшее.

Через несколько минут, проведённых за разглядыванием немногочисленной мебели, слышу шаги, и вижу, как спускается хозяин мрачного дома. Одариваю его самой обворожительной улыбкой из своего арсенала и вкрадчиво предлагаю:

— Если возьмёте меня на работу, я никому не расскажу, что эмэр Рэйслор лишил чести бедную девушку!

Судя по озадаченному выражению лица эмэра, по мне плачет Оскар!

Рэйслор скрещивает руки на груди и приподнимает тяжёлый подбородок.

— Я не прикасался к тебе.

— Кто докажет? — хитро прищуриваюсь я.

— Он, — кивает на Ирвина.

— Что за чушь ты несёшь, женщина? — обретает тот дар речи после моего заявления. — Как смеешь обвинять эмэра в подобном? Ты себя в зеркале видела?

— К сожалению…

— Вот-вот! — самодовольно поддакивает Ирвин. — Уродливее тебя только змеи. Как могла подумать, что эмэр польстится на это?

Он смотрит на меня с гадливостью, от которой закипает кровь.

— Что? Где ты видишь уродину? У тебя на лице глаза или бусинки?

— Не привыкла слышать такое? — ухмыляется тот и поясняет. — Чёрные волосы, худая, как палка… Может, среди осселинцев тебя считают красавицей, но ни один гриннийец на тебя и не взглянет. Так что можешь говорить, что угодно, тебе не поверят. В спальню эмэра ночью прокралась убийца. Я сам видел!

— Правда, что ли? — Вот не надо было доводить меня до ручки. Я мгновенно отпускаю гнев и спокойно присаживаюсь на стул. Глядя на мужчину снизу вверх, уточняю: — И ты можешь поклясться в этом?