Книга Няня для тайной дочери драконьего военачальника, страница 3 – Ольга Коротаева

Очень надеялась, что пока я буду выступать, жертва улучит момент и отползёт в коридор, но мужчина не подавал признаков жизни, и мне становилось всё страшнее. Что, если и моя песенка будет спета? Судя по жёстким взглядам и татуировкам, эти ребята не любят шутить.

— Спускайся, кисуля, — нехорошо улыбнулся мужик с бритой и татуированной головой, и у меня сердце ледышкой провалилось в желудок. — Сегодня мой день рождения, выпей за моё здоровье!

Вообще-то я не пью спиртного о слова совсем, но очень хорошо изображаю пьяную, что и собиралась сделать, надеясь после улизнуть, но бандит схватил меня за челюсть и влил какую-то гадость. Судя по тому, что я закрыла глаза в караоке, а открыла в чужой спальне, в стакане было не шампанское.

Но теперь я не позволю кому бы то ни было убить себя второй раз!

— Эй, не размахивай ножичком! Так и себя порезать можешь.

— Не волнуйся, Рая, я прекрасно владею любым видом оружия.

Зелёные глаза Ирвина вспыхивают весельем, мужчина совсем как кот, играющий с мышью, и меня злит собственная беспомощность. Пробую освободить руки, но ничего не выходит, тогда кричу:

— Не травмируй ребёнка!

Ирвин застывает в шаге от меня. Изумлённо приподнимает брови:

— Какого ещё ребёнка? — а потом понимающе кивает и саркастично ухмыляется. — Думаешь, я пощажу, если ты беременна?

— Я не беременна, — гордо возражаю я и киваю на дверь. — Сюда заглядывала девочка лет пяти или шести. Она у вас тут совсем без присмотра живёт, раз в пыточную ходит, как в игровую. Если увидит, как те, кому она так доверяла, убивают ни в чём не повинную женщину, получит психологическую травму на всю жизнь! Как ты будешь смотреть в глаза ребёнку? А?

Ирвин растерянно моргает и, хмурясь, оглядывается.

— Ты видела Эллеш? Эта мелкая опять без спроса спустилась в подвал⁈

— А я что говорю? — возмущённо смотрю на него, а у самой поджилки так и трясутся. — Вам няня до смерти нужна, а вы её потрошить собираетесь. Никакого воспитания!

Мужчина иронично фыркает и преодолевает последний шаг, наставляя на меня острие, и я, пискнув, зажмуриваюсь, но боли не испытываю. Напротив, становится легко, и я могу свободно двигать правой рукой. Приоткрыв один глаз, вижу, как Ирвин перерезает верёвку на левой, и убирая кинжал в ножны, прикрепляет их к своему поясу.

— Это я тебе не отдам. Поднимайся, провожу к выходу.

— Так вы меня не будете убивать? — удивляюсь я.

— Не сегодня, — хмыкает он и выразительно выгибает бровь: — Но если вздумаешь повторить трюк с проникновением в дом, то могу и передумать.

— Будто это от тебя зависит, — не остаюсь в долгу и, растирая тонкие запястья, поднимаюсь. — Куда идти?

Следую за воином, отмечая мрачную атмосферу подвала и чуть более радостную самого дома. Голые полы и стены, почерневшие от времени и копоти канделябры, тусклые зеркала и тёмные картины в тяжёлых рамах. Дом с привидениями какой-то!

В одном из зеркал вижу Ирвина и следующую за ним худенькую брюнетку с выразительными чертами лица.

Сглотнув, поспешно отворачиваюсь, ведь на самом деле я высокая фигуристая блондинка, которой с института доставались главные роли. Злые языки шептались, что из-за эффектной внешности, я же считала, что благодаря способности полного погружения в роль.

Взываю к этому таланту и сейчас, убеждая себя, что мне всего лишь померещилось. Сойти с ума можно чуть позже, когда моей жизни больше ничего не будет угрожать. Или хотя бы покинуть этот страшный дом, в подвале которого явно кого-то уже умертвили.