Книга Моя мачеха – землянка, страница 50 – Ольга Коротаева

— Вылезай уже, храбрец.

Я сидела на кровати, куда переложила Айка, будто оглушённая. Смотрела перед собой и качала головой:

— Нет… Зачем это Луину? Целитель не идиот, чтобы так подставляться.

— Он и не собирался, — «массируя» грудь бесчувственного мальчика лапками, промурлыкал Барсилий. — Мы случайно подслушали.

— Так Айк хотел меня спасти? — прошептала я и погладила ледяную руку ребёнка. Горло перехватило спазмом, к глазам подступили слёзы. — Малыш… Не надо было! Почему не сказал?

— Мне кажется… — Кот улёгся на животе мальчика и вздохнул. — Айканар не может говорить об этом человеке. То есть, когда просто болтаем, всё хорошо. Но стоит ему попытаться в чём-то обвинить Луина, как у парнишки пропадает голос.

Я остро глянула на кота.

— Думаешь, ребёнок заколдован?

— В этом мире есть магия. — Барсилий забавно, будто человек, пожал плечиками.

— Не поспоришь, — грустно улыбнулась я. — Взять хотя бы тебя!

— Я с Земли, — вяло мурлыкнул кот.

— Но в тебе капля крови дракона, — напомнила я и пригорюнилась. — А вот вторую достать будет крайне сложно. И что-то мне подсказывает, что образец номер шестьсот тринадцать был от взрослого дракона, который может подниматься выше облаков и драться, как говорит Айк, в «чёрном ничто».

— Почему так думаешь? — прищурился Барсилий.

— Потому что у меня нет права на ошибку, — болезненно скривилась я. — Впрочем, даже если бы подходила кровь Айканара… — У меня на миг перехватило дыхание. Одно воспоминание о молчаливых страданиях Такета раздирало душу. — Я не смогу подвергнуть другого ребёнка такому даже ради спасения собственного.

И зарылась лицом в ладони от безысходности.

— Эй, — возмутился кот. Спрыгнул с Айканара и тронул меня лапкой. — Хвост трубой! Ещё не конец марта, двуногая! Звени бубенчиками!

— Не получится, — глухо проворчала я, — при всём желании.

— Почему? — искренне удивился Котовский.

— У меня их нет, — не выдержала и рассмеялась.

Выпрямившись, погладила неугомонное животное. Даже сейчас, когда в душе скребли кошки, один уникальный ушастый экземпляр умудрился поднять мне настроение. А это значит, что я готова бороться дальше. Ведь я никогда и ни за что не отступлюсь. Так или иначе добуду лекарство для своего мальчика. И выберу для этого самый правильный путь!

— Его Величество! — торжественно взвыли в коридоре, и я испуганно подскочила за миг до того, как дверь с треском распахнулась.

В покои ворвался король и, будто не замечая меня, подбежал к кровати. Наклонился над Айканаром и пристально вгляделся в его неподвижное лицо. Я же не сводила взгляда с Сервиана. Он явно волновался за внука — губы подрагивали, пальцы сжимались в кулаки. Но, убедившись, что мальчик жив, шумно втянул воздух и выпрямился.

— Жду объяснений, — сурово сообщил он потолку.

Я решила выступить вместо молчаливого перекрытия, но мне и слова не дали сказать. Следом за королём вошёл Луин и торопливо поклонился.

— На рассвете я проверял пульс хали Розы, а потом удалился к себе. Услышав весть, вернулся в тот же миг! Впрочем, моей помощи не потребовалось. Иха Такет передал сыну каплю своей крови.

Король резко развернулся. Казалось, новости о «лекарстве» его успокоили, но теперь выражение лица Его Величества вместо обеспокоенного стало жёстким.