Книга Служебный роман с чужой невестой, страница 83 – Ольга Коротаева, Диана Билык

— Скажи это ещё раз. Ты ведь моя! Никому тебя не отдам, колючка!

Ева что-то пыталась сказать, но, содрогаясь на пике, лишь наклонилась ниже и до скрипа сдавила заборчик пальчиками, а я зарычал и, уже не сдерживаясь, всаживался в узкое лоно, пока остро не кончил.

Пришлось сесть за заборчик, потянуть колючку к себе и уложить ее на колени, потому что мне нужна была опора, боялся, что не удержусь на ногах. Ева, мокрая от пота и горячая от нашей страсти, прикрыв веки, томно улыбалась и куталась в мои объятия.

Я привалился к забору и, смеясь, пытался восстановить дыхание. Посмотрел в затуманенные глаза Евы и проговорил:

— Вечер прошёл совершенно не так, как планировал, но в итоге я счастлив. Осталось осчастливить тебя, добыв корочку хлеба!

Сказать легко, но как это сделать?! Когда я отвёз измотанную, уставшую, но очень довольную Еву домой, я схватился за телефон.

Первым, кому позвонил, был мой приятель Асан. А у кого ещё спрашивать, где купить редкий продукт, как не у администратора ресторана?

— Выручай. Мне срочно нужен чёрный хлеб!

— Как ты по родине резко соскучился! Ночью приспичило хлебушка, – сонно рассмеялся Асан и тут же перешёл на деловой тон: – Первое – не спрашивай чёрный, спрашивай ржаной. Второе… сейчас пришлю адреса пекарен в русском квартале, но не факт, что у них будет. И да, мама привет тебе передавала!

— Спасибо, Асан, – улыбнулся и добавил с ноткой вины: – Прости, что разбудил.

— Да мне всё равно скоро вставать, – зевнул он. – Жди сообщение.

И отключился. Через несколько минут пришёл длинный список адресов, и я вышел в холл. Парни, свободные от вахты, дремали, кто на полу в спальнике, кто на диване в обнимку с ноутбуком.

— Подъём, – рявкнул я, и выдрессированные подчинённые подскочили и молча принялись одеваться. Я осадил: – Оружие не нужно. Есть задание.

Распределив адреса, я и себе взял пару, да вышел из дома. Проверив посты, сел в машину к одному из парней. Тот подвёз меня домой, где я скинул, наконец, жмущую рубашку Коула и, быстро вымывшись, переоделся. Сев на свой байк и понёсся по ночному городу.

Объехал магазины и булочные, заглянул в пекарню. Окончательно рассвирепев, едва не снёс дверь в ней. Ну кто знал, что ржаной хлеб в Нью-Йорке достать так сложно? Невысокий пузатый мужчина блеял, что закончилась ржаная мука, предлагал замену, но вышла его жена и, вперив руки в бока, начала поливать меня на русском исконном так, что я невольно выдал в своё оправдание:

— Невеста беременная и хочет чёрного хлеба!

Взгляд женщины смягчился, она вытолкала мужа-американца, а сама села обзванивать знакомых. Но, увы, мне не повезло: ни у кого не оказалось ржаного хлеба. Сердобольная незнакомка написала мне адрес одной забегаловки, где я могу его купить через пару дней, и посмотрела с тоской:

— А мне, когда Петеньку носила, до смерти хотелось берёзового сока. Представляете?!

Я посочувствовал бедняжке и её мужу, для которого требование беременной жены «Дай мне сок из дерева!» наверное снесло крышу.

Впрочем, мне тоже впору сочувствовать, ведь чёрного хлеба для Евы я так и не нашёл. Осталось уповать на парней, что их охота будет удачнее. Вернувшись в дом Комара, я увидел хмурого хозяина посреди холла. Сергей осматривал пакеты с булками и буханками: