Книга Ненужная избранница дракона, страница 67 – Виолетта Вейл

Каэл опустил рукав, но порванную ткань уже было не скрыть. Его лицо стало привычно непроницаемым, однако через связь все еще просачивалось глухое, тяжелое чувство. Не боль от раны. Другая. Новая правда о матери ложилась на старую травму, и у нее не было места. Все эти годы он жил с убеждением, что род Велисс принес смерть в его дом. А теперь получалось, что Велисс пытались спасти Эйру, источник и его самого.

— Каэл, — сказала я тихо.

Он поднял взгляд.

Я не знала, что добавить. «Мне жаль» звучало бы слишком мало. «Вы ошибались» — слишком жестоко. «Теперь вы знаете» — слишком холодно. Поэтому я сказала то, что было правдой:

— Это не отменяет вашу боль.

Он долго смотрел на меня.

В узком зеркальном коридоре, где каждый камень мог слушать, а наверху за нами охотились, это была странная фраза. Не полезная. Не стратегическая. Не такая, с которой выигрывают дворцовые войны.

Но именно она почему-то сделала его взгляд менее мертвым.

— Нет, — ответил он. — Не отменяет.

Селена отвернулась первой, будто дала нам это короткое молчание из милости. Арвен неожиданно тоже перестал язвить и убрал инструменты.

— Нам нужно двигаться, — сказала Селена. — Метка на плече замедлена, но если у Мирены или Эдмара есть вторая привязка, они снова найдут путь.

— Куда ведет этот коридор ближе всего? — спросил Каэл.

— К старой комнате хранителей.

— Там архив Велисс?

— То, что от него осталось после чистки.

Я почувствовала, как серебряная нить на запястье дрогнула. Не вниз. Вперед. В темноту коридора.

— Нам туда.

Каэл посмотрел на меня, потом на Селену.

— Первое зеркало?

— Без медальона, ключа Эдмара и подготовки вы его не откроете, — сказала она. — Но в комнате хранителей могли сохраниться записи о Кассандре Астерваль и печатях Лиары. Если повезет, найдем, чем привязали метку.

— А если не повезет?

— Тогда умрем более осведомленными, — сказал Арвен.

— Вы правда считаете, что это помогает? — спросила я.

— Уже поздно менять мой способ поддержки.

Мы пошли вперед.

Коридор постепенно расширялся. Зеркальные плиты на стенах становились крупнее, старше, темнее. В некоторых отражениях мелькали не коридоры, а люди. Я видела девочку Лиару, которая сидит у узкого окна и сжимает в руках треснутый гребень. Видела Селену много лет назад, совсем молодую, бегущую по этому же пути с окровавленной ладонью. Видела Каэла подростком, стоящего у двери, за которой взрослые голоса решали, каким он должен стать.

Он тоже видел.

Я поняла по тому, как он на миг замедлил шаг возле одного из зеркал. В нем отражалась княгиня Эйра. Она сидела на краю кровати и держала за руки мальчика лет десяти. Не тот страшный вечер. Раньше. Спокойная комната, теплый свет, ребенок с серьезным лицом.

— Сила не в том, чтобы никому не верить, — говорила она. — Сила в том, чтобы знать, кому можно.

Маленький Каэл хмурился:

— Отец говорит, доверие делает дракона слабым.

Эйра улыбалась грустно:

— Отец боится. Люди часто называют страх мудростью, чтобы не стыдиться.

Каэл отвернулся от зеркала резко.

Я не стала говорить, что видела.

Он знал.

Комната хранителей оказалась за низкой аркой, которую снаружи почти полностью закрывали корни какого-то серебристого растения. Селена раздвинула их, провела пальцами по камню и произнесла слово, в котором я услышала не звук, а отражение: Велисс.