Книга Последний поцелуй жнеца, страница 86 – Лисавета Челищева

Ответив им отрешенным молчанием, я обратила внимание на парадную лестницу, ведущую в главный бальный зал внизу.

Взяв два бокала самого темного вина, которое удалось найти — "Слезы Мойры", я грациозно подошла к ступенькам у основания, чувствуя спиной взгляды своих обидчиц.

Одно плавное движение, и я опрокинула бокалы себе на грудь, окрасив белоснежное одеяние в черно-бардовый оттенок. Все взгляды обратились на меня — восставшую вдову в окровавленном платье. Печальная мелодия виолончели отразила мой изящный спуск, диссонирующие ноты зазвучали в тишине притихшего зала.

С каждым шагом, с каждой каплей, впитанной моим платьем, я преображалась. Я больше не была презренной вдовствующей баронессой, теперь я была завораживающим откровением, ярким пятном среди серой массы взглядов.

Спустившись в бальный зал, я окончательно приняла свое преображение — падение белой вдовы и восхождение темной наследницы своего рода. Женские вздохи удивления, расширяющиеся глаза мужчин — фоновое окружение под мое перевоплощение.

Мой взгляд был спокоен, движения плавны и элегантны. Они могли ожидать моего падения, предвидеть мое унижение, но к этому они точно не были готовы.

Да, я еще не унаследовала свой титул, но я только что заявила о своем непоколебимом намерении.

* * *

Час гала-концерта прошел под льстивый смех и разговоры не по душам, но заразительная любезность не проникла в щели моего сценария. Играя роль молчаливого зрителя, я старалась не вмешиваться во всеобщую ликующую картину. Я не участвовала в банкете, не пила из хрустальных кубков, наполненных вином, что текло, как багровые реки в декоративных фонтанах.

Пока на мне было клеймо вдовы, никто из знати не смел приблизиться ко мне. Замкнутый круг высшего общества был достаточно великодушен, чтобы просто позволить одинокой скорбящей даме молчать в тени даже в море их экстравагантности. Грандиозные арки из черных роз, ведущие на веранду, манили меня прогуляться по саду.

Последний взгляд через арочные окна отразил мир, который я оставляла. Мир, что потерял свои краски и вкус в отсутствие Микаля — моего близнецового пламени.

Я вдыхала холодный шёпот ночи, каждый порыв ветра был освежающим контрастом душнате бального зала. Эхо смеха постепенно стихало, разносимое ветром. Одиночество, которое когда-то я разделяла с ним, теперь принадлежало лишь мне.

Я нашла укромное местечко у фонтана в саду. Тихий уголок, где сверчки были моими спутниками, ветерок шептал мне в уши колыбельные, а ночное небо разворачивало свое огромное полотно с мириадами мерцающих шаров над моей головой.

И тут в мое спокойствие вторглись бессистемные, чуть слышные шаги. Незнакомец, пахнущий роскошью и коньяком, чуть покачиваясь на ногах, направлялся ко мне. Странно складывался вечер: я покинула бал, известная многим как "неприкосновенная вдова", а кто-то дошёл до кондиции стирания суеверий и решил последовать за мной.

— О, моя прекрасная леди! Я Вас искал! — воскликнул незнакомец с небрежной ухмылкой.

Его глаза, сверкающие нечестивыми намерениями, следили за мной с особой прытью.

— Господин… — вымолвила я и нечаянно споткнулась о ступеньку фонтана. — Я прошу Вас вернуться на бал, к веселью ваших знакомых, к Вашим слугам, ожидающих приказаний…

Мои слова оказались напрасными, незнакомец продолжал следовать за мной. Свет от фонаря осветил его лицо, явив передо мной средних лет, ухоженного мужчину с рыжими усами и прищуренными глазками.