Книга Звериная страсть, страница 73 – Лисавета Челищева

— Я призвал тебя сюда с определенной целью, но слова могут подвести там, где вполне хватает действий, — задумчиво произнес волколак, блеснув потемневшим взглядом. — Двум душам, связанным единым намерением, не нужны словесные переговоры, дабы понять друг друга.

— Как это?

Меня охватила нервная дрожь, когда я увидела, как полыхнул его взгляд.

Стремительным движением Казимир выхватил у меня из рук книгу, которую я взяла полистать, пока он был занят, и резким движением захлопнул ее прямо перед моим носом, подняв в застоявшийся воздух облако пыли.

Стоило чихнуть в ответ, как частицы закружились в танце вокруг нас, словно бесплотные духи.

— Что я только что сказал этим действием? — раздался голос Казимира. Я вскинула бровь, на губах промелькнула усмешка.

— Что ты предпочитаешь накапливать здесь пыль, а не заниматься уборкой?

Реакция Казимира была мгновенной, его взгляд похолодел, губы сжались.

— Мне не по нраву твое присутствие в этом доме. И ты мне не нравишься. В то же время я желаю, чтобы Моран исчез. Навсегда. — в его голосе прозвучала угроза, а в глазах — скрытый умысел.

Отвернувшись, он скрестил пальцы, его черты исказились от эмоций, которые я не могла разглядеть.

— Я составил план, который способен освободить нас обоих от тирании Морана. Ты избавишься от его метки, сможешь покинуть эти земли, а я избавлю поместье от его зла раз и навсегда.

Его откровения, как призраки, зависшие в воздухе. Какие же таинства скрываются между Казимиром и Мораном, гадала я. Не может быть, чтобы такая вражда была вызвана лишь столкновением воль и характеров.

— И где же я вписываюсь в твой грандиозный план? — рискнула спросить я.

— Я мог бы и дальше терпеть его присутствие в течение еще одного столетия. Но отныне Моран имеет над нами власть. Он постановил, что любое посягательство на тебя обернется для нас пагубными последствиями. — голос Казимира резко прервался. Похоже, ему было трудно говорить с каждым разом.

— Но как?.. Разве он может изгнать больше одного за ограду? Насколько я помню, только один из вас может покинуть поместье за раз.

— Вполне может. Ты знаешь, почему мы всегда возвращаемся после таких вылазок? Затем, что если один из нас не вернется, то тот, кто покинет территорию поместья следующий на срок более нескольких часов, приведет к тому, что тот сбежавший сгинет в страшных мучениях.

Казимир сухо кашлянул, продолжая: — Не доверие к друг другу удерживает нас здесь на протяжении стольких веков. А лишь страх перед уродливой гибелью.

— Но… Откуда ты все это знаешь? Как вы можете быть уверены, что это произойдет? — тихо спрашиваю я.

— Столетие назад в этом поместье обитало семь душ. А теперь… Только шесть.

Казимир подошел к платяному шкафу, доставая что-то из его глубин. Когда он повернулся ко мне лицом, его пронзительный взгляд захватил меня в плен.

— Есть и другая сторона вопроса, касающаяся этой метки на твоей груди, — начал он. — Этот знак связывает физические формы. Это материальный контракт. Твое тело может принадлежать ему, но твоя душа — нет. Моран не настолько глуп, чтобы не понимать этого. Если ты позволишь мне завладеть твоей душой посредством заключения договора, я буду иметь неоспоримое право вызвать его на бой. Ибо у тебя должен быть лишь один хозяин. Я одержу победу, и ты будешь вольна покинуть это место навсегда.