Книга Звериная страсть, страница 3 – Лисавета Челищева

— …Что это, бабушка? — я вздрогнула от очередного леденящего душу крика, голос был едва слышен.

Глаза старушки диковинно впились в меня, наполненные беспокойством.

— Ступай домой и запри скорей двери и ставни, Шурка. Никому не открывай. Даже мне. — настоятельно наказала она.

— Но, бабушка, как же…

— Я сама открою, если понадобится! Свои руки и разум имеются ещё.

Я поспешно кивнула, и невольно содрогнулась, увидев, как баба Озара исчезает в непроглядной темноте чащи.

Заперев на засов скрипучую дверь, я поспешно захлопнула ставни окон и зажгла свечи из восковых сот, пытаясь отогнать надвигающуюся темноту и тревогу.

Поставив на плиту чайник, чтобы успокоить нервы, я чуть не обронила чашку. Из-за двери послышался слабый стук.

У меня перехватило дыхание, я вся напряглась, прислушиваясь к ночным шорохам. В тишине раздались еще два стука — более настырных. Затем ещё один, но на этот раз он донёсся из-за закрытых ставней.

— …Чую твой дух, голубушка. — прошептал снаружи хрипловато-тихий голос. — Чую, молода ещё, незамужняя… Открой, девица-душечка… Я здесь… жду. Жду, жду!

Плотно закрыв глаза, я искала утешения в своих мыслях о светлом. О семье и младшей сестрёнке, Милавушке…

И все же, я ощущала, что за дверью притаилось нечто зловещее, что кружит вокруг дома, ожидая моего разрешения войти.

— Шурка, ставь кипятить воду! — голос бабы Озары ворвался в мою дремоту, резко прервав мои тревожные сны.

От неожиданности я вскочила с лавки и увидела, что бабушка заносит раненого незнакомца на своей сгорбившийся спине. Окровавленная рука свалилась с ее плеча, сигнализируя о серьезности ситуации.

Старушка осторожно положила раненого на покрытую льном и ароматными вениками для бани, скамью, тяжело выдохнув.

— Очисти его раны, Шурка. Я пока приготовлю лекарство, — с решимостью на лице распорядилась она.

Судорожно закивав, я поспешила к незнакомцу.

Мужчина лежал неподвижно, его дыхание было затруднено и наполнено болью. На разорванной рубахе виднелись следы звериных когтей, а лицо было скрыто под грязной мантией.

Взяв мокрую тряпку, я осторожно стерла с его широкой груди и шее слои грязи и запекшейся крови, открыв молодое лицо, от которого у меня перехватило дыхание. Оно оказалось удивительно красивым: высокий лоб, прямой аккуратный нос, острый подбородок, густые ярко-рыжие волосы. Такие гармоничные тонкие черты лица… Этот юноша казался прекрасным видением, способным своей чарующей внешностью заманить ничего не подозревающую душу любой девы в глубь леса.

Любопытство взяло верх, и я наконец-то обратилась к наставнице.

— Что с ним случилось, бабушка?

Озара, старательно останавливая кровотечение на его растерзанных запястьях мазью из крапивы, мрачно произнесла.

— Мальчишка — охотник. Его дружина заблудилась в лесу. Видимо, старый плут Леший вдоволь с ними поиграл… В полночь их вынюхали упыри и решили устроить себе знатный ужин. Этот был единственным, кого я успела скрыть и забрать. Остальным семи повезло меньше.

У меня задрожали руки, когда я начала обрабатывать его раны на ключице, тщательно очищая кровавые рубцы.

Я взглянула на вечно спокойную ведьму, ища ответа в ее мудрых глазах.

— Кто-то в дверь и ставни стучал, пока тебя не было, бабушка. Я не открывала, как ты и наказала.