Книга Мой свекор и его друг. Гинекологическая стажировка, страница 4 – Полина Нуар

Я пытаюсь. Честно пытаюсь.

Делаю вдох, медленно развожу бедра, положив ноги на держатели. Но стоит его большой ладони лечь на мое колено — просто лечь, даже не надавливая — как меня скручивает спазм.

Мышцы живота каменеют, бедра сжимаются снова, с силой, которую я не могу контролировать. Я вся сжимаюсь, превращаясь в крошечный комок страха на этом пыточном кресле.

Артем Сергеевич вздыхает. Не раздраженно, скорее устало.

Он убирает руку и откатывается назад. Его светлые глаза смотрят на меня поверх оправы очков. В них нет осуждения. Только понимание и что-то еще, от чего мне становится стыдно и жарко одновременно.

— Все, — говорит он негромко, поднимаясь. — Достаточно. Одевайся.

Я смотрю на него непонимающе. Мне кажется, я ослышалась.

— Одевайся, Лиза. Я же вижу, у тебя не просто страх боли. У тебя вагинизм на психосоматической почве. Я могу раздвинуть тебя сейчас силой, но это будет насилие, а не осмотр. И это закрепит твою фобию еще на несколько лет.

Он отворачивается к окну, давая мне возможность одеться без его взгляда.

Я хватаю трусики, натягиваю их трясущимися руками, путаясь в бюстгальтере.

Мне хочется провалиться сквозь землю. Я не смогла. Я не смогла раздвинуть ноги перед мужчиной, в которого тайно влюблена. Я ни на что не гожусь.

— Я не могу так, — шепчу я, застегивая джинсы. — Простите. Я знаю, что ненормальная.

Он резко оборачивается. Делает два широких шага и оказывается прямо передо мной.

Его пальцы берут меня за подбородок, заставляя посмотреть вверх, в его лицо. Оно серьезно. Без тени улыбки.

— Ты не ненормальная, Елизавета. Ты просто зажатая и испуганная девочка, которая боится собственного тела. Это лечится. И, к счастью для тебя, я знаю, у кого.

Он отпускает мой подбородок и берет со стола свой телефон. Несколько быстрых движений пальцем по экрану.

— Андрей, ты у себя? — говорит он в трубку кому-то. — Отлично. Я сейчас приведу пациентку. Особый случай. Молодая девушка. Страх интимной близости, тотальное недоверие к мужчинам и собственному телу. Да, та самая. Жди.

Он кладет трубку и смотрит на меня. В его взгляде появляется странный блеск. Предвкушение?

— Идем, Лиза. Я отведу тебя к своему лучшему другу. Он сексолог. И, поверь мне, он умеет развязывать даже самые тугие узелки в женских головах. И не только в головах.

Он открывает дверь и пропускает меня вперед.

Мы идем по длинному больничному коридору. Мои ноги все еще ватные, внизу живота все еще ноет, а соски трутся о ткань бюстгальтера, напоминая о его пальцах, сжимавших жестко, но нежно всего несколько минут назад.

Мы останавливаемся у двери с табличкой «Сексолог. Волошин А. В.».

Артем Сергеевич стучит и, не дожидаясь ответа, открывает дверь, подталкивая меня внутрь.

— Знакомься, Лизонька. Это Андрей.

Я поднимаю глаза.

И забываю, как дышать.

Он стоит у окна полубоком. Высокий. Даже, кажется, выше Артема Сергеевича, хотя тот сам далеко не мал. На нем нет белого халата. Только черная водолазка тонкой шерсти, обтягивающая мощные плечи и грудь, и серые брюки. Одежда дорогая, сидит идеально, подчеркивая фигуру человека, который ходит в качалку. В нем чувствуется спокойная, ленивая сила хищника, который сыт и никуда не торопится.

У него темные, густые волосы с проседью на висках. Не той старческой сединой, а благородным серебром, которое делает мужчину только дороже. Короткая, ухоженная борода, обрамляющая твердую линию челюсти. Черты лица крупные, мужественные, с легкой асимметрией, которая делает их живыми и запоминающимися.