Книга Аккорды смерти в ля мажоре, страница 114 – Елена Бриолле

Неужели теперь её ждёт только смерть?

Мадлен заставила себя успокоиться и дышать медленнее. Глаза всматривались в темноту. Пахло плесенью и канализацией. Никакого шума. Снова полная тишина. Она напряглась и расслабила руки. Может, верёвка растянется и ей удастся освободиться? Но от каждого движения верёвка всё сильнее впивалась в кожу.

Мадлен попыталась закричать. Опять и опять. Но крика хватило только на пару минут, а потом голос охрип и изо рта доносились только слабые стоны.

Замерев, Мадлен снова глубоко задышала, стараясь контролировать работу своих лёгких. Спокойно! Спокойно! Её найдут! Ленуар сможет её найти. От мысли о нём и всепоглощающей тишины вокруг у неё снова закапали из глаз слёзы.

Девушка лежала и молилась про себя Богу. Если её вытащат из этого подземелья, она больше никогда не будет ходить ни на какую терапию!

В углу раздался тихий шорох. Мадлен прислушалась и снова закричала.

В префектуре полиции Ленуар собрал всех на совещание. В кабинете Пизона сидели Турно и Курсель. Сыщик рассказал, как девушку заманили в ловушку, использовав его имя. Опрос дворника и официантов из близлежащих кафе ничего не дал: перед фонтаном Сен-Мишель встречаются десятки людей, и на них никто не обращает внимания. В особняке Меззара тоже никто не появлялся.

— Турно, что ещё ты можешь рассказать об Обществе новой волны? Говорили ли участники о том, как проходит инициация? Как чувствовала себя Мадлен в последнее время?

— Вы же сами допрашивали мадам Норин. Она умалишённая. Послушаешь её и начинаешь ей верить. Вот мы с Мадлен и слушали. То слова, то музыку, то тишину. У них там такой порядок был. Мадлен ведь как, она ещё зелёная, хоть и смелая девочка. Ей сказали, что она станет Бризом. Я не знаю точно, что с ней сделали, но она вернулась после этого обряда очень уставшей и растерянной. Вы сами видели.

— Турно, я видел, но целовала-то она тебя, а не меня. Что она ещё тебе рассказывала? Сосредоточься!

Турно так густо покраснел, что Ленуар сам смутился от заданного вопроса, но времени на реверансы не было.

— Мы же были под воздействием внушения. Так профессор ваш сказал. Прошу простить меня.

— Турно, не тяни! Что она говорила про инициацию? Где она проходила?

— Гм… В обществе несколько участников стали Бризами. Мадлен ничего не рассказывала. Но господин Красс, который тоже получил пианолу в подарок, помните? Он говорил, что прошёл испытание тишиной. Ему дали с собой запечатанный тубус. Мол, сидел в холодном погребе или кладовке всю ночь. Слушал тишину и сражался с призраками прошлого. Сказал, что много говорил сам с собой. Очень мало людей могут выдержать такое испытание, когда вокруг темно и тихо. Ещё говорил, что у него были видения, но он не поддался демону и сохранил рассудок. Поэтому на него теперь можно положиться, теперь ему ничего не страшно. Даже начал книги читать про силу и философию стояков.

— Стоиков! – прыснул Курсель.

— Ну, я и говорю, столбов каких-то, – закивал Турно.

— А как он понял, что это был подвал? Его закрывали в каком-то определённом доме? Там были канализационные трубы? Двери? Хлам?

— Он не был уверен, что это был подвал. Говорил, холодно было. И ничего нет, только стены и крест. Он молился, когда с демоном-то говорил. Крест не видел, нащупал пальцами.