Книга Аккорды смерти в ля мажоре, страница 109 – Елена Бриолле

— Чего же вы от меня ждёте, голубчик?

— Скажите, можно ли подвергнуть гипнозу большую группу людей?

— В моей практике я пока с такими случаями не сталкивался, но вы должны понимать, что гипноз – это не единственный источник воздействия на психику человека. Любой фанатизм: религиозный, политический или социалистический, привитый фанатиком, может превратить честного человека в преступника. Гипноз даже не начнётся, а человек уже кого-то убьёт.

— То есть вы считаете, что в данном случае тоже не обошлось без гипноза?

— Меня там не было, поэтому я могу лишь предполагать, но вы должны иметь в виду, что любые сильные страсти – ярость, ненависть, любовь, обожание – могут заражать и внушать человеку сомнительные поступки, характер которых он не способен оценить самостоятельно. В любом преступлении есть элемент внушения или самовнушение, вам ли этого не знать, господин Ленуар?

— У нас некоторые участники на последнем сеансе и встрече начали публично раздеваться и готовились, так сказать, слиться воедино, а потом на допросе ничего не помнили.

— В таком случае мы действительно, возможно, имеем дело с подготовленными заранее людьми. Если вы приведёте их ко мне, я смогу ввести их в гипноз и удостовериться, правильная ли эта гипотеза или ошибочная. Когда человек находится в гипнотическом состоянии, он может по-разному относиться к совершаемым им поступкам. Одни знают, что ими кто-то руководит, и думают, что сами разыгрывают комедию. Другие не отдают себе в этом отчёта. Они убеждены, что действуют по собственной инициативе. В обычной жизни они могут выглядеть как божьи одуванчики, а под воздействием гипноза буквально преображаются. Их лица, жесты, походка – всё выдает в них других людей, с преступными наклонностями. Гипноз – это форма глубокого сна, схожая по своей сути с самим сомнамбулизмом. Когда люди просыпаются, они могут помнить только часть того, что они делали в этом состоянии, или вообще ничего не помнить. Человек с самой незапятнанной репутацией может в своей параллельной жизни стать убийцей или развратником.

— Но здесь, получается, люди действовали одинаково. Как это возможно, если вы говорите, что восприимчивость к гипнозу у всех разная? – спросил Ленуар.

— Восприимчивость изначально у всех разная, но загипнотизировать можно любого человека.

— Меня ещё никому не удавалось загипнотизировать, – сказал Ленуар.

— Вы в этом уверены?

На лице Бернгейма не было и намёка на улыбку.

— Конечно, чтобы люди одновременно начали выполнять одни и те же действия, их психика должна быть подготовлена. Несколько сеансов гипноза с одним и тем же гипнотизёром успешно с этим справляются. Любой человек со временем может погрузиться в гипнотическое состояние очень быстро. Гипнотизёру достаточно ввести определённый ключ, который будет открывать нужную дверцу. Этим ключом может стать простая команда «Спите!». Или другой звук или жест. Им может стать даже определённый запах.

Люди, наиболее подверженные гипнозу, – те, кто стремится всегда играть по правилам. Хорошие ученицы в школе, прекрасные супруги, объекты, чьё естество принимает идею обязательного подчинения определённым социальным или культурным нормам. А своя этика есть у каждого человека, господин Ленуар. Человека без этических принципов или с сильным характером дольше вводить в гипноз, но он потом может стать более острым орудием в руках гипнотизёра, замыслившего преступление. Когда человек не знает, что такое справедливое сострадание, стыд или честь, перед нами чистое поле психики, которая руководствуется животными импульсами и инстинктами. Для того, чтобы убедить таких людей совершить преступление, достаточно простого убеждения. Здесь легко можно обойтись без гипноза. Гипноз нужен для того, чтобы сломить волю сильного с моральной точки зрения человека.