Книга Вельмата. Длинные тени, страница 50 – Алёна Моденская

За порогом стоял Игорь с большущим букетом красных роз. Только его не хватало.

— Вы к кому? — вяло спросила Настя из-за приоткрытой двери. Впускать его в дом совсем не хотелось. Да и вообще общаться не было ни малейшего желания.

— Как бы к вам, — улыбнулся Игорь.

— Зачем?

Игорь, похоже, растерялся. Демонстративно осмотрелся, как бы проверяя, не подслушивает ли их кто-нибудь. Площадка между квартирами пустовала, но Настя на все сто была уверена, что за соседской дверью кто-то тихо стоит и таращится в глазок. Да и тётя Римма наверняка убрала звук у телевизора, чтобы слышать, что происходит в Настиной квартире.

— Ладно, заходите, — вздохнула Настя, пропуская гостя в дом.

Игорь вошёл, продолжая улыбаться, вытер ноги. Протянул Насте букет. Она, правда, не торопилась его принимать.

— Это вам, — произнёс Игорь так торжественно, будто в актовом зале школы вручал ей медаль.

— Спасибо, — сухо произнесла Настя.

Какой толк от этих цветов, ведь они даже корней не дадут. Завянут, и всё.

Но букет всё-таки взяла. Раз уж его притащили.

— Можете не разуваться, — бросила Настя по пути в комнату. Нашла вазу, налила воды, впихнула туда розы и водрузила на стол. Шикарный, явно дорогущий букет в её старой обшарпанной квартирке смотрелся нелепо.

— Это тоже вам. — Оказалось, Игорь ещё принёс большой торт и теперь всё с той же улыбякой маркетолога-мошенника протягивал его Насте.

— Зачем вы пришли? — устало спросила Настя, убирая руки за спину.

Игорь поставил торт на стол рядом с цветами. Наконец вернул нормальное выражение лица, без улыбяки типа «отдайте мне все ваши деньги, и я перееду вас машиной».

— Я хотел попросить прощения, — серьёзно произнёс Игорь.

— За что? — удивилась Настя.

— За рукоприкладство, — сказал Игорь так, будто ему трудно было выговаривать слова.

— Ничего. — Настя на автомате обхватила себя за плечи, на которых от хватки Игоря остались синяки. — Я всё понимаю.

— Мне ужасно стыдно, — вздохнул Игорь, глядя в пол. — Никогда не поднимал руку на женщин.

— И не поднимайте больше, — произнесла Настя, перетаптываясь на месте. Хоть бы он поскорее ушёл.

— Обещаю, — улыбнулся Игорь. Уже нормально, по-доброму. — Всё равно не могу себе простить. Вы же такая маленькая, хрупкая.

Игорь подошёл и положил руку на Настины пальцы, по которым пробежало тепло. И глаза у него ярко-зелёные, прямо как у Гошки. И так близко…

Настя проснулась ещё затемно и не сразу поняла, где именно. Деревянная стена, окно в наклон, из которого видно предрассветное небо. Значит, она на чердаке. Давненько она тут не спала. Как после бабушкиных похорон сон пришёл в норму, так она и перебралась в обычную спальню, а сюда приходила только если шорохи и шаги никак не давали расслабиться.

За стенкой, в чердачном сарае соседей что-то шебуршело. Скорее всего, летучие мыши. Ну и ладно. На её половину не залезают — и хорошо.

Небо стало понемногу розоветь, и в мягком утреннем свете проступили очертания Игоря, спавшего рядом. Только что-то с ним явно не так. Он какой-то весь синий. Настя осторожно дотронулась до плеча, и оно оказалось ледяным, будто его только что из холодильника принесли.

На шее что-то темнело. Настя приподнялась на локте и присмотрелась. Оказалось, у Игоря от уха по шее уходила глубокая рана, из которой на подушку натекла целая лужа тёмной крови. Да вся постель уже промокла. И на руке поверх одеяла тоже порез, и весь пододеяльник почернел от крови.