Книга Вельмата. Длинные тени, страница 121 – Алёна Моденская

Закрыв соцсети, Настя встала и некоторое время просто шагала туда-сюда по квартире. Ну, раз уж ей выпало решать эту чужую проблему, то придётся, наверное, идти до конца. Может, что хорошее и получится. Или хотя бы можно будет записать плюсик в свою карму.

Настя вернулась за компьютер. За окном потемнело, как вечером — небо заволокли тяжёлые низкие тучи, обещавшие скорый густой снегопад. Пришлось включать лампу.

Стоило нажать на тумблер, где-то в квартире что-то щёлкнуло. Мысленно застонав, Настя встала и отправилась осматривать жилплощадь. Вроде всё нормально — окна закрыты, краны закручены. Холодильник работает, свет нигде не мигает.

И что щёлкало? Покрутившись на кухне, Настя зацепила взглядом угол с иконами. Точно — снова сама собой зажглась красная лампадка. Кружок света от огонька сделал различимыми сцепленные руки на образе, оставшемся от бабушки Алины. Недурно бы выяснить, что это вообще за икона.

Настя даже на табурет залезла, но доска так потемнела, что разобрать ничего не вышло. Вроде бы Богоматерь с Младенцем, а что именно за образ…

По макушке что-то легонько ударило, и перед глазами промелькнула чернота. Оказалось, на полу кухни лежало длинное чёрное тонкое перо. Настя спустилась со стула. Она ведь про него и думать забыла. Где оно вообще валялось всё это время. Н-да, нельзя так небрежно к подаркам относиться.

Подняв перо, Настя направилась обратно в комнату. За окном струилась сплошная полупрозрачная белёсая пелена. Наконец-то пошёл снег.

Водя мягким кончиком пера по подбородку, прямо как тот крылатый мужик на заброшенной стройке, Настя таращилась на пустую поисковую строку в браузере, размышляя, с чего бы начать. Скажем… Например, с улицы Пискунова.

Так, раньше она называлась Осыпная и включала в себя ещё и нынешнюю Малую Печёрскую. Ну, это почти ничего не даёт. А старые фотографии есть?

С полчаса Настя просматривала чёрно-белые фотографии довоенного Нижнего. Тоже ничего интересного, разве что… Настя присмотрелась. Точно, особняк Сергомасовых, Советское время. Судя по комментариям, тогда здание занимали какие-то конторы. А рядом что за дом? На современных-то фотографиях его уже нет.

— А я хочу павлинов! — раздалось за спиной. И будто кто-то капризно топнул ногой.

Настя резко обернулась. Разумеется, никого.

Так. Снова дома на Осыпной. Если этот — особняк Сергомасовых, значит, тот, которого теперь нет — это дом вдовы купца Истомина. Добротный, деревянный, весь в кружевной резьбе.

— Нет, будут павлины! — снова выкрикнула какая-то девчонка.

Настя снова обернулась, чтобы увидеть пустую комнату и тёмную прихожую.

Павлины? А ведь где-то она уже слышала про каких-то павлинов. Кажется, Геннадий Сергомасов хотел их завести прямо у себя в саду. Или это не он придумал, а какая-то девица? И кто она? И вообще — неужели в Нижнем кто-то держал павлинов на участках.

Поисковик уверенно заявил, что да, действительно, нижегородские богачи до Революции заводили павлинов прямо в городских имениях. Ага, а кому-то, извините, жрать было нечего. Всегда так — кто-то побирается, а кто-то, снова простите, с жиру бесится.

Стало быть, Сергомасовы, чтобы завести павлинов, оттяпали часть земли у вдовы Истоминой. Она за это их прокляла? Или не она? А кто тогда?

Настя закрыла глаза ладонями — от долгого рассматривания старых фотографий перед лицом будто разноцветные точки поплыли. Но стоило немного расслабиться, как она будто перенеслась на старую Осыпную улицу с богатыми купеческими домами.