Книга Скандерия, страница 64 – Алёна Моденская

— Действительно, – согласилась Агнесса. – Из того, что всем давно известно, сенсацию не сделаешь. Это нужно только для затравки и чтобы место занять. А вот это уже серьёзно.

Агнесса показала подругам разворот журнала, на котором красовалась фотография Москвиной-Котовой. Портрет Изольды Петровны, взятый с официального сайта Гимназии, поместили в эзотерические декорации со сверкающими звёздами, рунами и свечами. Статья называлась «Учитель вышел в астрал» и рассказывала об увлечении Москвиной спиритизмом. Якобы время от времени она устраивала у себя дома столоверчения и приглашала студентов поучаствовать.

— Подумаешь, – хмыкнула Ева. – Каждый сходит с ума по-своему. А Москвина вообще со сдвигом.

— В том-то и дело, – заметила Валя. – Если её будут проверять и выяснят, что это правда, ей грозит куча проверок у психиатра. А когда проверяющие знают, что искать…

— Обязательно находят, – закончила Агнесса.

Правдоруб в конце статьи опубликовал адрес ссылки, где предлагал посмотреть видео с «сеанса». Ева тут же отыскала ролик и положила планшет на стол. На экране сквозь шуршащую пену темноты проступали чьи-то головы. Из-за них слышался глубокий голос, похожий на голос Москвиной-Котовой, задающий вопросы вроде «Здесь есть кто-нибудь?». Потом духа поприветствовали, свечки, стоявшие на столе, мутно заиграли пламенем. Оператор в сеансе, похоже, не участвовал, стоял в сторонке. Далее вообще ничего не было слышно, потом раздался стук, кто-то слабо вскрикнул, и видео оборвалось.

— Всего-то? – разочарованно произнесла Валя.

— То есть, ей светит… – Ева замолчала, подняв брови.

— В лучшем случае выговор, в худшем – отстранение и клиника. – Агнесса постукивала ручкой по столу. – Если бы дело касалось кого-то другого, то и говорить было бы не о чем. Но Москвина – учитель, а с них особый спрос. Особенно сейчас.

— Может, он хочет выжить отсюда всех педагогов? – предположила Валя.

— По-моему, это псих, – заявила Ева.

— Кто бы сомневался. Но псих, знающий, что делает, – сказала Агнесса. – В каждом журнале две или три откровенно бредовые статьи или такие, как здесь, которыми никого не удивишь. И одна провокационная. Каждый раз точное попадание при минимуме затрат.

— Как он к Котовой-то попал? – задумчиво спросила Валя. – Вряд ли она вешает приглашения на доску объявлений.

— Но тогда выходит, – глаза Евы округлились. – Выходит, это кто-то из своих?

— А то как же, – кивнула Агнесса. – Слишком уж хорошо осведомлён.

Со звонком девочки отправились на занятие по истории искусств, которое не состоялось из-за отсутствия преподавателя. Изольда Петровна внезапно почувствовала недомогание и ушла. Телефон молчал, и никто не имел понятия, где её искать.

Всем преподавателям было поручено выяснить, не знал ли кто-то из учеников, куда исчезла Москвина-Котова. Все расспросы ни к чему не привели, и прибывший очередной Инспектор отправился к ней домой в микрорайон «Лабиринт», кварталы которого были построены в авангардном стиле – разноуровневые этажи, витые конструкции, заползающие друг на друга крыши.

Когда Истомин впервые побывал в «Лабиринте», он машинально отметил, что здесь хорошо смотрелась бы Москвина-Котова, и только потом узнал, что именно здесь она и проживала.

Её увлечения спиритизмом и сопутствующими материями тоже не были тайной. Поговаривали даже об особом, собранном ею кружке, в который приглашались только избранные студенты, обладающие «даром», «особыми способностями» или хотя бы банальной «повышенной восприимчивостью».