Книга Страшная неделя, страница 36 – Алёна Моденская

— Эй, Октябрина Леонардовна! – позвал Антон, взявшись обеими руками за острые концы штакетника. Новиков почувствовал, что подошвы на чём-то скрипели. Вроде песок, только кристаллы белые и прозрачные.

— Что? Кто там? – раздалось из-за забора. – Антон, ты, что ли?

— Да я, я!

Пока женщина обходила свои теплицы, Антон шёпотом сказал:

— Октябрина Леонардовна – староста в Ключе.

— А она Ядвиге Мстиславовне не родственница? – машинально спросил Новиков.

— Да вроде сестра какая-то троюродная. Или что-то подобное. А ты почему спросил?

Новиков не ответил, а Антон, поняв, в чём дело, только улыбнулся.

— А это ещё кто? – грозно спросила Октябрина Леонардовна, махнув рукавицей в сторону Новикова и отца Павла.

— Это наш новый участковый, – Антон указал на Новикова.

— Фёдор Сергеевич, – представился Новиков и пожал через забор крепкую руку Октябрины Леонардовны.

— И новый священник, – подсказал Антон.

— Отец Павел, – произнёс монах, тоже пожимая руку деревенской старосты.

— Ну и по что пожаловали? – Октябрина Леонардовна сложила руки на штакетнике.

— Так вы же сами просили, – растерянно сказал отец Павел.

— А, ну да. – Октябрина Леонардовна почесала бровь. – Может, хоть от ваших песнопений да дыма толк будет.

— Ещё как будет, – выдал Антон. Но тут же сделал вид, что закашлялся.

Новиков тоже припомнил монстра, сбежавшего от кадила отца Павла, но встревать пока не стал.

— А чтой-то с вами случилось-то? В грязи все.

— Так у нас там машина застряла, – быстро сказал Антон. – Вадим-то дома?

— Нету, – выдала Октябрина Леонардовна. – Уехал на карьер. Сказал, к выходным вернётся.

— И что теперь? – пробормотал Антон, осматривая остальных.

— В баню, – скомандовала староста, широким жестом указывая за калитку. – А там видно будет. Ну, вперёд, вперёд.

Она пропустила компанию на участок и шагала следом, как конвоир. Так, строем, они дошли до добротной бревенчатой бани в глубине участка. В круглом пруду рядом уже плавали упитанные уточки.

— Ну, вот вам баня, а дрова вон там. – Октябрина Леонардовна указала куда-то рукавицей. – Справитесь, что ль? А то у меня дел невпроворот.

— Справимся, – пообещал Антон, ставя свой чемодан с инструментами на землю.

— Постираетесь сами, а одёжу кое-какую дам, что от мужа осталась. – Октябрина Леонардовна окинула всех троих снисходительным прищуром. – Только вам не в пору будет. Он один вас троих больше был.

И староста деревни направилась к дому.

— Её муж был начальником какой-то тюрьмы на севере, а она рядом жила. Там и познакомились. – Антон снял куртку. – Потом он здесь был председателем колхоза. Пока всё не развалилось. Я за дровами.

Из троих с баней умел управляться только Антон. Отец Павел прилепился к нему и внимательно следил за всем, что тот делал. В монастыре у них, оказывается, была общая баня вроде городской, а ту, что досталась ему вместе с участком, надо было ещё восстановить. Так что как и Новиков, священник в растопке бань ничегошеньки не понимал.

Пока эта пара занималась растопкой, Новиков замочил всю грязную одежду в большой пластмассовый таз.

Антону надо отдать должное – он со всем справился быстро и ловко. Ещё и прохлестал участкового и священника дубовыми вениками, да так мощно, что у Новикова даже боль в спине прошла.

Когда они вышли в предбанник, на лавках их уже ждали сложенные чистые вещи мужа хозяйки, а таз пропал.