Книга Перетворцы, страница 18 – Алёна Моденская

— Вы хорошо знали Доминику Штанову? – продолжала расспрашивать Батенко.

— Нет, – сухо ответила Кира. – Мы вообще не общались.

— Вы, кажется, одного возраста?

— Наверное, – пожала плечами Кира. Она понятия не имела, сколько лет Доминике.

— Хоть что-то можете о ней рассказать? – устало спросила Батенко.

— Она любила вечеринки, – выдала Кира прежде, чем тётя Маша успела вставить какую-нибудь чушь (почему-то было понятно, что тётка хотела сказать что-то малозначимое).

— А откуда вам это известно? – в голосе Батенко послышался интерес. Тётя Маша нахмурилась.

— А я всё слышала. Каждую ночь. Стенка-то не очень толстая.

— Ясно. А какие отношения у неё были с женихом?

— Понятия не имею. – Кира зевнула и потёрла глаза.

— Но ведь стенка-то не очень толстая. – Батенко чуть улыбнулась.

— Интимные отношения у них были, и регулярные. Если вас это интересует.

Задав ещё пару вопросов и не получив на них вразумительных ответов, Батенко распрощалась и ушла. За соседней дверью послышался шорох, в лучике глазка мелькнула тень. Не раздумывая, Евгения Ивановна нажала на кнопку звонка. Лицо девушки, открывшей дверь, показалось знакомым.

Разговор с тремя сёстрами сложился примерно так же, как и с остальными соседями Штановой. Никто ничего не видел и не слышал. Выйдя из подъезда, Батенко обернулась и окинула взглядом дом. Несколько десятков потенциальных свидетелей, место просматривалось… да откуда только не просматривалось. Но – никто ничего.

Тело увезли, остатки машины уже стояли на платформе эвакуатора. Кабель болтался вдоль стены. Это какое же там было напряжение, что машину буквально разорвало на куски.

Все соседи отводили глаза, когда речь заходила о Штановой. Пятеро во время происшествия смотрели сериал, трое принимали душ, двое мыли полы, бабуля слушала концерт, остальные вообще не помнили, чем занимались.

Единственной, кто сказал хоть что-то мало-мальски полезное, оказалась рыжая девчонка. Штанова устраивала частые вечеринки, которыми не могла не раздражать соседей. Семейство снизу ни слова об этом не проронило. Три сестры из соседнего подъезда тоже, глядя по сторонам, отделались общими фразами о «приличной девушке из очень интеллигентной семьи».

Евгения Ивановна снова поднялась в квартиру погибшей. Аскольд стоял на кухне и строчил сообщения в смартфоне. Как только увидел Батенко, тут же спрятал смартфон в карман и демонстративно печально вздохнул.

— Я хотела задать ещё один вопрос, – сказала Евгения Ивановна. – Из квартиры ничего не пропало?

— Ну, – Аскольд озадаченно почесал затылок. – Вроде нет, а что?

— А в последнее время Доминика не говорила о том, что что-то пропало? Или потерялось? Например, из украшений?

— Кажется, нет, – медленно произнёс Аскольд. Этот парень явно обладал изворотливым умом, хотя и стремился казаться простачком.

— Вы могли бы это проверить?

— Сейчас?

— Да. Меня интересует одна конкретная вещь – кулон с изумрудом.

— А у неё такой был? – слишком глупое выражение лица с потрохами выдало нежелание Аскольда рассказывать об украшениях бывшей невесты. Ясно, решил их прикарманить.

— Да, мне это точно известно.

— А откуда?

— Доминика на некоторое время передавала кулон одной… женщине, но недавно забрала назад. Я сама его ей вернула.

— А как он оказался у вас? – Аскольд беззастенчиво тянул время.