Книга Мазыйка. Приговорённый город, страница 96 – Алёна Моденская

— Да уж, грузовичок утонет, — манерно хихикнул Лёня. — Превратится в подводную лодку.

— Скажите, можем мы остаться на ночь у вас? — просительно улыбнулся хозяйке Новиков. — Хотя бы в кладовке или на чердаке?

— На коврике у двери, — снова подхихикнул Лёня.

Захотелось дать ему хорошую затрещину, но вместо этого Новиков картинно засмеялся.

— Я думаю, вы с Антоном поместитесь где-нибудь в прихожей, — медленно произнесла Гера.

— Скажем, на том диване? — быстро подхватил Новиков. — Отлично, мы его быстренько соберём, и на нём же устроимся.

— Что, вдвоём? — мрачно спросил Антон.

— Тебе тахту поставим, — щёлкнул пальцами Новиков. — Ту, которую тоже привезли.

— Вот и славненько, — кисло улыбнулась Гера. — А завтра все вместе вернёмся в Мазыйку.

— Зато Антон довезёт нас всех с комфортом, — продолжал изображать дружелюбие Новиков. — И вам не надо будет ехать на автобусах или ловить попутки.

Идея решительно не понравилась всем, кроме, пожалуй, Эммы. Она всё время звонко хихикала, даже над плоскими шутками. Или когда ничего смешного и не произносили. Странная девушка, что только Антон в ней нашёл.

Гера, похоже, милостиво позволила Антону и Новикову пользоваться её гостеприимством исключительно из мнимой благодарности за накрытый стол. Ну, ещё из-за страха перед угрозыском, имеющим связи в ОБХСС.

Лёне, ясное дело, присутствие Антона вообще было противно. Да и Антон не горел желанием здесь ночевать, главным образом, из-за Лёни. Ну, и Гера ему тоже не улыбалась.

Зато Новиков, кажется, получил возможность провернуть свой план. Ночью, когда дамы ушли в спальни, а Лёня закрылся в комнате, которую собирался у них снимать, Новиков погасил свет, но взял в коридоре старую керосинку. У его родителей была такая, так что возиться с ней долго не пришлось. Главное — сделать абажур из газеты, чтобы свет не привлекал лишнего внимания.

Новиков посадил Антона с лампой на тахту и достал свежекупленный швейный набор.

— Ты чего? — шипел Антон, осматриваясь. — Собрался резать чужой диван?

— Да, собрался, — резко прошептал Новиков. — Если ты не будешь мешать, управимся куда быстрее. И смотри по сторонам, чтобы никто не пошёл.

Новиков быстро разрезал нитку, которой зашивали дыру в обивке. Внутри, под полосатой плотной тканью, нашлись какие-то сложенные листочки и открытки, надписанные чьей-то рукой.

Новиков быстро спрятал находки во внутренний карман пиджака и стал зашивать разрез. Да уж, это оказалось куда труднее, чем распарывать нитки. Новиков же — не швея, и даже не женщина вроде тех, с которыми он «доставал» сегодня эти нитки-булавки. Шить мелкими стежками под керосинкой не просто трудновато, это похоже на серьёзное испытание.

— Дай сюда, — наконец не выдержал Антон.

Он впихнул Новикову лампу, забрал у него иголку с ниткой. Спору нет, мама натаскала его на шитьё очень даже неплохо. Он быстро справился с зашиванием и забрал у Новикова лампу.

Читать найденные записки и открытки Новиков при свете керосинки не решился, так что они с Антоном просто легли спать.

Проснулись по утру, почти с рассветом. Оказалось, здесь, в Кулибине, на все голоса кричали петухи. Да, тут ещё оставался довольно большой частный сектор, хотя он и в новом времени никуда не денется. Помнится, отец рассказывал, что в советские годы даже при некоторых домах с квартирами устраивали курятники и хлева.