Книга Мазыйка. Приговорённый город, страница 116 – Алёна Моденская

— Что сказали в артели? — наконец выдавил Новиков.

— Что куколка Эммочка напрочь промыла ему мозги, — усмехнулся Игнатьев.

Новиков снова молчал. Как же Антон позволил так себя перенастроить? Ну, красивая девица встретилась, да их пруд пруди! Не ссориться же из-за каждой цыпочки с друзьями, не предавать, не топить.

И не его силуэт видел Новиков, когда уходил на дно. Нет, точно не Антона. Походка не та, и потом, Антон — выраженный блондин. Не сходится, напомнил себе Новиков. Вечерело, тени сгущались. Любой блондин мог выглядеть как брюнет, тем более, что Новиков видел его из-под воды.

Новиков поставил локти на стол и закрыл лицо руками. Всё равно не могло такого быть. Просто не могло.

— Мы нашли печатную машинку, — произнёс рядом голос Игнатьева.

— Неужели в артели? — вяло пошутил Новиков.

— Нет, у них всё от руки. — Игнатьев выдержал паузу. — А машинка стоит в школе. У секретаря директора.

— Всё-таки Лёня? — поднял взгляд Новиков.

— Почему сразу Лёня, — повёл бровями Игнатьев. — У них там проходной двор, вы сами видели. Кто угодно мог зайти.

— Кто угодно, — эхом повторил Новиков. — Антон заходил?

— Вроде нет, — покачал головой Игнатьев. — Я показал его фотографию тем, кто там ещё остался. Никто его не узнал.

— Вот видите! — победно заявил Новиков.

— Вижу, — просто сказал Игнатьев. — Увы, ничего хорошего не вижу. Двое убиты, двое пропали, двое задержаны. Нас с вами тоже двое. А толку — ноль.

Новиков молчал. Опять ноль. Или не такой уж ноль?

— Вот что, — медленно произнёс Новиков. — Та записка, которую мне подбросили. Мне кажется, от неё как-то странно пахло.

— Неужели? — невозмутимо спросил Игнатьев, попивая чай.

— Да, какой-то едкий запах, правда, слабый. Надо бы отправить на экспертизу.

— Можно попробовать, — кивнул Игнатьев. — Только у нас таких экспертиз не делают. Ничего, отвезу вашу депешу в Горький.

— Я с вами, — вдруг выпалил Новиков.

— Это ещё зачем? — поднял брови Игнатьев.

— Прокатиться хочется, — буркнул Новиков. Потом выдохнул и произнёс: — На всякий случай. И потом, вы же хотите, чтобы я был у вас на виду.

— Предельно честно, — улыбнулся Игнатьев. — Ну что ж, поехали. Собирайтесь. Сейчас и отправимся. Если у вас, конечно, нет других важных дел.

Новиков быстро убрал со стола, переоделся, и они вышли из квартиры. Надо отдать должное ребятам Игнатьева — чисто работали. Ни разу Новиков не заметил за собой никакой слежки. Однако же Игнатьев всегда был в курсе его перемещений. И это без маячков и программ слежения в телефонах. Волшебное время.

Вдвоём они вышли из дома и загрузились в машину Игнатьева, которая зачем-то стояла у подъезда. Хотя обычно чекист приходил домой на своих двоих. Тоже загадка. Зачем он сегодня машину пригнал? Да ещё с водителем. Неужели знал, что предстоит поездка?

Спрашивать, разумеется, бесполезно. Так что Новиков просто устроился на заднем сидении. Немного посетовал, что рядом не было отца Павла, которого можно было бы попросить помолиться за Антона. Да и за самого Новикова на всякий случай.

Машина подъехала к зданию Горисполкома, Игнатьев сбегал внутрь, вернулся, и они отправились прочь из затопляемого города.

Дорога от Черноречья до Горького в конце пятидесятых, как оказалось, мало отличалась от того пути, который Новикову неоднократно приходилось проделывать своём времени. Те же поля-луга по обочинам, маленькие городки и деревушки.